3706 Среда первой седмицы /проповедь 13.03.2019/

A A A

«Два мощных потока в наших молитвах — дерзновенная смелость и великое смирение»

(проповедь отца Андрея после Канона Андрея Критского в среду, 13 марта 2019 года)

Дорогие христиане! Третий уже есть день, когда прочитали мы с вами Великий Святой Канон. Время летит (как мы говорили) быстро. Я сегодня хочу обратить ваше внимание на следующую вещь, на сочетание в наших молитвах двух таких мощных потоков; с одной стороны – покаяние, с другой стороны – радость. Их можно менять местами. И вы сейчас увидите, как это в церковной службе совершается. Радость о Господе, благодарность и хвала сочетается с покаянным чувством, чувством унижения, смирения, достойного такого преклонения перед Божиим Величеством. Или – наоборот. Начинаешь с одного – заканчиваешь другим. Вот мы на Великом Повечерии поем: «С нами Бог, разумейте языцы и покоряйтеся!» Это песня из нескольких глав начала Книги пророка Исаии. Это очень торжествующая песня. Общий смысл ее такой, что: «Как бы ни было много наших врагов, как бы ни были они мудры, какие бы хитрости ни придумали, это все разрушится. А мы имеем непоколебимую твердость и смелость, потому что – С нами Бог. Понимайте народ и покоряйтесь, ибо – С нами Бог». То есть – думайте, что хотите, вооружайтесь и замышляйте, что хотите, но – С нами Бог. Придумывайте новые планы, но они разрушатся. Почему? – С нами Бог. «Отроча» нам дано, Сын нам дан. У Него начальство в руках. Он – Отец будущего века, Властитель крепкий, Начальник мира. Это – Христос. Он – с нами. С нами Бог!

Вот такая песнь великого дерзновения, что (на удивление) пропета была в маленьком народе, который был со всех сторон окружен великими империями. Вавилоняне, сирийцы, ассирийцы, египтяне… Могучие империи. Многоводные как реки. «Полнолюдные» такие народы и – маленькое еврейское государство, несчастное такое, со всех сторон всеми окруженное. Но совершенно упертое, такое непоколебимое в смелости. Говорят: «С нами Бог! Что хотите делайте. Но – с нами Бог! И что хотите делайте, но – С нами Бог и “хоть вы тресните”». Это мы поем, потому что, действительно, «С нами Бог!» И если встать на эту точку зрения (так – до конца), то – вообще никого бояться нельзя. Не то, что не надо бояться – нельзя бояться! Потому что – грешно бояться. «С нами Бог!»

Это в начале Повечерия (поется). А, когда мы прочитали Канон с вами, хор запел уже другие слова. Там поется: «Господи Сил, с нами буди! Иного бо разве Тебе помощника в скорбях не имамы. Господи Сил, помилуй нас». «Господь Сил» – это по-еврейски Господь Саваоф. Это Господь Небесных Воинств. Он изображается у Исаии, как – Воевода. Вокруг него огромное количество (тьма-тем и тысяча-тысяч) готовых к битве, к любому приказанию, многоочитых, страшных, шестикрылатых, различных небесных сил. Это великий Бог. Бог войны, если угодно; он – не только Бог мира, но и Бог – войны; Бог воинств – Господь Сил. И вот к этому Господу Сил обращает свой голос верующий народ. «Господи Сил, с нами буди!» Потому что: «Если Ты отвернешься от нас…Ты только одна наша надежда, если Ты только нас забудешь, если Ты нас оставишь – нам – конец!»

В псалмах есть такой момент, там говорится: «Если бы только Господь забыл нас, если бы только Господь отвернулся от нас, живых бы сожрали нас, на клочки бы порвали нас. Уже не жила бы душа наша» (Пс.123). Это прекрасно понимали лучшие люди еврейского народа и лучшие люди христианского мира. Потому что, если Бог с нами – можно идти «один на тысячу»; а если вдруг Бог на секунду смежит Свои очи, скажет: “Я не знаю тебя”; то ты будешь бояться шума падающего листа. Так, кстати, и написано в Писании. Книга Второзакония оканчивается примерно следующими словами (Господь через Моисея говорит): «Если вы исполните все, что Я вам скажу, то будет вам – вот это, …это …и это». (То есть – еще старое не съешь, а уже родится новое. Среди овец и волов твоих не будет бесплодных. Дети твои будут вокруг тебя как новосаждения масличные). «Будет тебе “и – это”, “и – это”, “и – это”. Один из вас – погонит сотню, а десять из вас – погонят тысячу. И будете сильнее всех, и всем будешь давать взаймы, а брать взаймы ни у кого не будешь. (И перечисление великих благословений, которые “придут к тебе, если ты будешь бояться Меня во все дни”) И помни слова Мои! Но, если ты забудешь слова Мои, и отвернешься от Меня, и пренебрежешь всем, что Я тебе сказал; тогда исчахнешь дома и исчахнешь на улице; и будет беда тебя ждать и ночью, и днем; и утром скажешь: “Быстрей бы вечер!”, а вечером скажешь: “Скорей бы утро наступило!” И тогда тысяча ваших побежит от одного врага, а десять тысяч ваших – от десяти врагов. Одним путем пойдешь, десятью путями разбегаться будешь. От шума падающего листа будет трепетать душа твоя. И проклятой будет жизнь твоя, если забудешь все слова Мои, и не исполнишь того, что Я говорю» (см.Втор.28:1-68). Вот такая – дихотомия – противопоставление. Будь со Мной – и все будет. Никого не будешь бояться. Но, если ты отвернешься, столько бед падет на голову твою, что ты их даже посчитать не успеешь.

Вот это есть в нашей службе. «Будь с нами, Господи Сил. Кроме Тебя другого помощника больше не имеем!» А, если Ты с нами – тогда «Разумейте, языцы, и покоряйтеся. Ибо с нами – Бог!» Вот это соединение, так сказать, дерзновенной смелости с великим смирением составляет характерную черту всех православных молитвословий.

Вот, например, возьмите Великое Славословие. Начинается оно с торжества: «Слава в Вышних Богу (это ангельская песня – песня Рождества), …Слава в Вышних Богу на земле – мир, в человецах – благоволение». Дальше говорится: «Хвалим Тя, поем Тя, благословим Тя, поклоняемся Тебе…». Хвала. Торжество. А постепенно, к концу в Славословии появляются следующие слова: «Господи, исцели душу мою, яко согреших Тебе. Помилуй мя, Господи, яко немощен есмь»…Начинается с хвалы, заканчивается – покаянием. Такой закон: начни хвалить – закончишь покаянием.

Начнешь, например, молиться…Выйдешь в садик, или в лес, или в парк; или просто вечером, смотришь на звездное небо; рядом никого, дети спят — никто тебя не трогает. Начни молиться: «Слава Тебе, Боже, сотворившему великий мир! Слава Тебе, рассыпавшему звезды по небу! Слава Тебе, меня создавшему! Слава Тебе (потому что – Ты знаешь количество волос на голове моей)! Слава Тебе (потому что от матернего чрева, от утроба матерней, до сегодняшнего дня Ты ни секунды не забыл про меня)! Слава Тебе (за это)! Слава Тебе (за это)!» А потом язык сам скажет: «Прости меня, потому что я виноват перед Тобой! Помилуй меня, потому что я – грешный человек. Не забудь меня! Не оставь меня – сегодня меня не оставь и завтра меня не оставь, в час смерти моей не оставь меня и на Страшном Суде меня не забудь!». И начнешь с хвалы, а закончишь – покаянием. Хочешь наоборот? Пожалуйста – начни с покаяния. И будешь каяться, каяться: «Прости меня, помилуй меня, защити меня. Вспомни мои злые дела и забудь их тут же. Очисти, изгладь, помилуй, очисти». А потом скажешь: «Слава Тебе, Господи! Ты милуешь грешников, Ты помиловал блудницу, Ты очистил прокаженного, Ты позвал к себе разбойника, мытаря. Павла вызвал – из гонителя превратил благовестника». И начнешь хвалить Бога: «Слава Тебе! Слава Тебе! Слава Тебе!» Это и есть молитва.

Начни с покаяние – заканчивай хвалой. Начни с хвали – закончи покаянием. Такой закон. Закон Духа Святого, который «зашит» во все церковные тексты.

Вспоминайте «Помилуй мя, Боже…» Все знают (Я хочу даже, чтобы вы все вслух его читали). Начинается, дальше некуда как, смиренно: «Помилуй мя, Боже, по великой милости Твоей. И по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое». Это молится человек, который сблудил с чужой женой и убил ее мужа. То есть – он собрал самые жестокие дела в свою душу. А был пророк. (И остался пророк, но собрал в себя самые тяжелые дела). Он молится. «Прости меня, помилуй меня по великой милости Твоей! А потом, в конце, он говорит (слышите?): «Научу беззаконников путям Твоим и нечестивые к Тебе обратятся!» Представляете? Убийца и прелюбодей говорит в конце молитвы: «Я буду других учить. Научу всех покаяться. И приведу всех беззаконников к Тебе». Слышите, как он ободрился, раздухарился в конце? Он уже просит (он уже не просто просит, он уже с уверенностью говорит), что: «Я других беззаконников к Тебе приведу!» (В принципе, наглость получается, но не наглость – это в Духе Святом). Это так он заканчивает. Потому что – он начал каяться, Бог принял услышал, душа «разсмелела», «разбодрилась»; и теперь он знает, что раз он покаялся, он и других теперь будет, кающихся, приводить к Богу. Почему, говорят, что ключи от рая у Петра? Потому что – Петр тяжко согрешил. Если бы ключи были у Михаила, который никогда не грешил перед Богом (Архангела Михаила), он бы никого не пустил. А Петр сам согрешал; он сам знает, что такое согрешить, оступиться, ошибиться. Поэтому ему и даны ключи. Он будет кающихся запускать. А как иначе? Любой кающийся скажет: «А что ты такой строгий ко мне? Ты что – не отрекался три раза что ли? Труса знаешь, измену знаешь, предательство знаешь – ты все знаешь. И я такой же. Я каюсь. Ты – каешься и я – каюсь». И Петр будет, смиряясь, пропускать таких вот – кающихся грешников. Уж совсем клейменых, конечно, будет не пускать. А нас с вами, может, и пустит, потому что мы, хотя грешим – но каемся. Вот вам закон духовной жизни.

Необходимо обязательно иметь у себя в душе и – то, и – другое. Если вы будете только Бога хвалить, вы превратитесь в какого-то наглого сектанта. Есть много наглых сектантов, которые Бога хвалят и все… Как будто они уже святые. Это – ложь. Нам сказали великие люди, что: «Если ты взошел на большую святость, но молишься не как грешник, — молишься неправильно». Если бы ты – мертвых воскрешал, все равно говори Господу — «Прости меня, грешного! Помилуй меня, падшего! Пощади меня, последнего!» — даже, если ты мертвых воскрешаешь. Так нужно делать. Так святые сказали. Поэтому, если будем только хвалить, превратимся в секту и – пропадем. А, если будет только каяться и ни капельки не радоваться, тоже превратимся в унылую, безжизненную, тоскливую, черно-белую секту; в которой нет никакой радуги, никаких цветов жизни; от которой молоко киснет. Если только каяться без радости, то – это тоже плохо, братья и сестры. Даже Антоний Великий смеялся и веселил своих учеников. Они, понимаешь, несут свои подвиги, устают от своих подвигов; он их собирает вокруг себя и веселые истории рассказывает им. Они: ха-ха-ха-ха…А кто-то там со стороны посмотрел: «Ну что это там за Антоний? Что это за монах? Хохочет с учениками!» А он им, помните, что сказал? «У тебя лук есть? – Есть. – Натяни. – (натянул) Еще …Еще …Еще – Поломается лук! – Вот так и душа. Если перетянешь, она треснет и потом придет в негодность». Надо повеселить человека. Безгрешно повеселить человека. (Уметь, кстати говоря, безгрешно веселиться – это великое искусство. Так, чтобы и пошутить – но не согрешить; и повеселиться, и расслабиться, – но не отступить от Господа). Поэтому, в христианине должно быть и – веселие, и – покаяние. И – покаяние, и – хвала. И то, и другое. Если чего-то нету – это не христианин. Это, какая-то половина христианина. А кому нужна половина? Никому не нужна. Помните, лошадь у Мюнхгаузена. Там была только половина. Она воду пила, и вода сзади выливалась. На такой лошади дальше не поедешь – из нее все льется, что ни выпьет, то тут же и вытечет. Поэтому, нам нужно быть целым христианином, а не половиной христианина. Не только радость и не только печаль. И радость, и печаль в свою меру.

Чтобы так научиться, нужно в церковь ходить. Потому что сам так человек – не научится. Сам человек – ума не хватит. А Церковь научит нас – потому что в Церкви все есть; в ней есть и покаяние, и мудрость, и память Божия; в ней есть и веселие, и печаль – все в ней есть. И мы через Церковь можем научиться – и хвалить Бога, и в грехах каяться. И то, и другое нам необходимо для вечной жизни. Помню, в праздник Почаевской Божией Матери однажды мне в голову и в душу засели слова такие (так говорится в одной из стихир): «О грехах наших, братья, восплачемся. О милосердии же Божием возрадуемся».

Вот в двух словах выражена та идея, которую я хочу вам передать. О грехах плачьте на здоровье. Но о милосердии Божием, о том, что Бог – свят, Бог – велик, Христос Воскрес и святые с нами, Бог Сил – с нами, и Господь наш – Бог Иакова – об этом нужно радоваться.

Об этом – вся Псалтирь, об этом – вся Триодь, об этом – вообще все на свете.

«О милосердии Божием возрадуемся! О грехах наших восплачемся!»

Вот вам и – Великий пост. Аминь. И – Богу Слава. До завтра.

Loading