2096 Трубу к устам твоим

A A A

1
С кем сравнивают священников те, кто их любит? С воинами или с докторами. Защищайте нас, говорят, и перевязывайте раны наши, смягчив их предварительно елеем. Терпите смрад от ран наших и не бойтесь жертвовать собою ради наших бессмертных душ, как и Господь делал. Всё это и высоко, и правильно. Однако и головокружительно для исполнителей.

От воина требуется много специальных знаний и мужество. По крайней мере – много специальных знаний и выносливость с самообладанием. Следовательно, нам учиться и тренироваться надо. От доктора тоже требуется много специальных знаний и большая любовь. По крайней мере – много специальных знаний и много терпеливого человеколюбия, снисхождения, если угодно. В обоих случаях это особые профессиональные требования и высокие моральные ожидания. Между строк читаем: учитесь и тренируйтесь, пастыри, упражняйтесь и усиливайтесь трудиться. Всем при этих словах хорошо, только одному священнику страшно.

А с кем сравнивают священников те, кто их не очень любит? С «продавцами религиозных услуг» и обманщиками. Вот это, спрашивают, сколько стоит, а это – сколько? В ответ слышат: это стоит столько, а больше меня ни о чем не спрашивайте. Это тоже очень понятно, потому что эпоха весьма материалистична. У одного из всадников Апокалипсиса есть даже мера в руке, и сказано: «Хиникс пшеницы за динарий». То есть всё подсчитано, и именно в таком мире точных подсчетов мы живем. Было бы глупо делать вид, что это не так.

И уж совсем не поймешь, с кем сравнивают нашего брата те, кто нас совсем не любит. Даже очень не любит. Эти истощаются в злословии и готовы, в целом историю не любя, приписать нам к осуждению и Галилея, и инквизицию, и Иудин ящик. Короче – всё плохое вообще. Никуда не деться. Потерпим.

Но с кем сравниваем себя самих мы сами? Что у нас по части самоидентификации? Кто мы: «работники культа» или «соль земли»? Дармоеды или хребет нации? Солдаты и доктора или скорее продавцы и психологи? А может, все-таки хранители нравственного кода и исторических смыслов? Предлагаю на эту тему послушать Иезекииля. По его Духом осоленному мнению, мы – стражи Дома Господня, люди, стоящие в дозоре. Теперь время дать слово самому пророку:

«И было ко мне слово Господне: сын человеческий! изреки слово к сынам народа твоего и скажи им: если Я на какую-либо землю наведу меч, и народ той земли возьмет из среды себя человека и поставит его у себя стражем; и он, увидев меч, идущий на землю, затрубит в трубу и предостережет народ; и если кто будет слушать голос трубы, но не остережет себя, – то, когда меч придет и захватит его, кровь его будет на его голове. Голос трубы он слышал, но не остерег себя, кровь его на нем будет; а кто остерегся, тот спас жизнь свою. Если же страж видел идущий меч и не затрубил в трубу, и народ не был предостережен, – то, когда придет меч и отнимет у кого из них жизнь, сей схвачен будет за грех свой, но кровь его взыщу от руки стража» (Иез. 33: 1–6).

Надеюсь, читатель осилил длинную цитату из непростого автора. Стоило осилить. Уж больно важен смысл. Если некий сторож святынь кричит: «Осторожно! Враг рядом! Вот этих мыслей бойтесь и вот эти разговоры тушите спешно!», то стоит прислушаться. Не послушаетесь – меч наестся вашим мясом, а сторож спасет душу свою. Он кричал и трубил, но слушающие были легкомысленны. Если же он не трубил, не кричал и вообще вел себя как неверующий, то кровь-таки прольется и меч врага будет сыт. Причем погибший погибнет «за грех свой». Но взыщет Господь жуткий долг с онемевшего не ко времени пастыря. Что же получается? Получается нечто очень страшное, живое и интересное.

Получается, что пастырю кричать надо в любом случае. Кричать надо хотя бы в видах спасения своей души. Хочешь спастись – не смей молчать. Слушают его или нет – даже не важно для него самого. Он исполняет заповедь. Услышат – спасутся. Не услышат, не захотят, то есть, слушать, – погибнут, но сам трубач спасется. Мы, те, кто говорит к народу, болезненно переживаем пренебрежение нашим словом. Ты годами кричишь, молишь, просишь, язык о собственные зубы стираешь в кровь, видя приближение врага, а народ не чешется. Ну что ж. Так тому и быть. Видя со временем пепелище, поплачь, затем вытри слезы и живи дальше – ты спас душу свою. Самый лучший вариант, вестимо, когда ты кричишь – и все слышат. Слышат и действуют. Но этот вариант редок.

Кричи, пастырь, труби. Вроде просто. Однако, прежде чем трубить и кричать, нужно видеть. Не просто крик важен, и не просто звук трубы нужен. Нужно, чтобы трубили по причине приближающегося неприятеля. Если кричать без всякого толку, то отобьешь у людей желание делать выводы из твоего крика. Пастырь, значит, должен быть зрячим. Духовно зрячим. Слепой или подслеповатый пастырь трубить не будет по определению. Что он, дурак, что ли, шум поднимать? Или наоборот – будет шуметь на всякий случай, не видя врага и не ощущая его приближения. Мы прикасаемся к еще большей проблеме: пастырь, желающий народ предупредить и душу (хотя бы свою) спасти, должен смотреть внимательно, он должен быть зряч, как тот орел, что символизирует в наших храмах Иоанна Богослова. А чтобы ничего вдали не видеть и прохлопать врага на подступе, не нужно быть слепым по старости или по болезни. Можно иметь здоровые глаза, но смотреть всю жизнь перед носом и играть в преферанс на компьютере или лазить по прочим сайтам. Можно пилочкой ногти пилить или переписываться смс-сообщениями. Можно, то есть, заниматься ерундой. Вывод: занимающийся ерундой пастырь есть виновник гибели народа, а также гибели своей собственной души. Таков вывод из Иезекииля.

Вернемся к нему: «Когда Я скажу беззаконнику: “беззаконник! ты смертью умрешь”, а ты не будешь ничего говорить, чтобы предостеречь беззаконника от пути его, – то беззаконник тот умрет за грех свой, но кровь его взыщу от руки твоей. Если же ты остерегал беззаконника от пути его, чтобы он обратился от него, но он от пути своего не обратился, – то он умирает за грех свой, а ты спас душу твою» (Иез. 33: 8–9). Смотрите, как легко спастись пастырю! Он только и должен что сказать беззаконнику нужные слова! На практике же это гораздо сложнее. Нужно, во-первых, слышать (!) Господа и Его обличающий голос. И нужно не бояться человека, ставшего на путь, ведущий во тьму. А вдруг это друг твой, сын твой, отец твой, благодетель твой? Всем ли ты готов говорить правду Божию, не взирая на лица? Лишь тот, кто никому никогда правды не говорил, может ляпнуть, что это легко.

FavoriteLoadingДобавить в избранные публикации