3742 Исцеление слепых /проповедь 04.08.2019/

A A A

«Думать об Иисусе Христе – не такая простая вещь. Но очень полезная.»

(проповедь отца Андрея от 4 августа 2019 года)

Христос Воскресе!

Я сегодня хочу обратить ваше внимание на Евангельское чтение (из Матфея, 23 зачало), которое рассказывает о том, что за Иисусом Христом шли два слепых человека и докучливо просили у Него исцеления. Он спросил их наедине, веруют ли они, что Он может это сделать. Они сказали – веруем. И, как вы понимаете из Евангелие, мы часто видим, что вера – это открытие дверей для чуда. «Веришь? – Верю!» Чудо возможно. Не веришь – очевидные и самые очевидные святые вещи закрываются для человека.

Они сказали, что веруют; Он их исцелил и дал повеление никому не говорить. Но они, между тем, растрезвонили про это – нарушили прямое повеление. С одной стороны – можно их понять – человек ничего не видел – потом прозрел. Ясно, что он будет бегать, кричать и радоваться. Я когда-то вам рассказывал – такой ролик есть – про людей, которые дальтоники. Мы, когда-то говорили об этом. Для них мир – черно белый. И ученые научились делать такие линзы, которые дают человеку способность видеть весь спектр красок. И ролик есть – им вставляют линзы, и они открывают глаза. В нем нарезка таких кратких эпизодов с разными людьми. Там маленькие дети, взрослые мужики – уже седые. Во-первых, они все кричат: «О, Боже! (или – О, Иисусе!) (…) Начинают плакать. Начинается такая хорошая истерика. (…) Они не могут сдержаться. У них горловой крик такой. Из глубины. «Господи, как красиво! Боже!» Они начинают плакать. Ведь они видели мир – черно-белым. И тут они начинают плакать и хвалить Бога.

А здесь речь идет о человеке, который вообще ничего не видел.

(…)

Но тем не менее – им было сказано: «Никому не говорить». Человеку трудно сдержаться в скорби и радости. В скорби человеку тяжело не показывать свою скорбь, чтобы не знал никто, что у тебя печаль на сердце. А в радости очень трудно не показывать, что у тебя радость. Но, видимо, бывают такие ситуации, когда тебе говорят: «Молчи!» — и надо молчать. Никому не говори. Иногда твоя радость оскорбительна для окружающих.

(…)

Иногда бывает радость оскорбительна для окружающих. Например, всем – плохо, а тебе хорошо. Ты в лотерею машину выиграл, а у соседа, например, мать умерла. Ты что будешь петь и плясать под его забором? Не будешь. Потому что – совесть надо иметь. Надо радость сдерживать – потому что она была бы оскорбительной.

А они не сдержались – пошли рассказывать.

(…)

Дальше Он выгоняет беса из немого человека. Там был некий немой. (…) Причиной этой немоты, связанного языка, поставляется злое мучительство. От Духа злое.

Чудо идет одно за другим. Вообще на этом, собственно, я хотел бы остановить ваше внимание.

Самые великие святые – такие, например, как Моисей, Илия. Те, кто явился Господу на Фаворе. (Скоро мы доживем до Преображения и будем там читать из Евангелия о том, как Христу, преобразившемуся на Фаворе, явились Моисей и Илия). Это самые великие люди Ветхого Завета.

(…)

И вот – чудеса этих людей, хорошо описаны в Библии. Чудеса перечисляются по пальцам. Они совершали великие вещи. С Богом. Бог совершал через них.

Моисей бьет мечом по твердой скале. Он бьет в гневе, в ропоте на докучливый народ, хотящий пить. Он бьет, скала трескается, льется вода, люди пьют, животные напились.

Ну, великие чуда совершал Моисей. Смирял волхвов Египетских Десять казней совершилось по его словам. Но, в общем, все эти чудеса можно подсчитать.

(…)

С Илией еще проще. Илия закрывал Небо и открывал его. Илия мертвых воскрешал. Для Илии небо было, как молния на сумке у человека. Он мог закрыть его молитвой и открыть. И Небо, то – кропило дождь, то – не кропило. Как Илия скажет, так и будет. Он мог сводить огонь с небес. Он мог совершить страшные вещи. Илия.

Но эти вещи перечисляются все по пальцам.

И вот мы берем Господа Иисуса Христа. Его чудеса совершенно не поддаются исчислению. Апостолы подчеркивают это.

(…)

«То, что Он сделал до этого. Мир бы не вместил написанных книг» (см. Ин.21,25).

То есть – вот Он идет, например, по дороге. Идет воскрешать. Например, дочку Иаира. По дорого кровоточивая женщина хватается за края Его ризы. Хватается – и исцеляется. Он приходит – исцеляет эту девочку. Поднимается на Фаворскую гору – Преображается. Ему являются Моисей с Илией. Он разговаривает с ними.

Сходит оттуда – встречает другого человека – совершает другое чудо.

(…)

И сегодня мы читаем – идет – за ним слепцы. Исцеляет слепцов. Тут же какого-то немого. Одно за другим… Одно за другим… Каскад чудес. Если этот каскад чудес поставить на контраст с самыми великими людьми истории – то мы видим, что у них чудеса поддаются счету. Возьмем любого святого. Серафима Саровского. Николая Чудотворца. Кого хочешь. Там всегда все мерой и числом. Там все – мера и число. Есть ограничения. Иногда святой говорит: «Я – не могу!» Как у Антония Великого. Помните, великий случай такой был? Он живет себе в оазисе монастырском. А к нему по пустыне идут люди. Повидать его. Сбились с пути и засыхают от жажды. Он ученикам говорит: «Бегом. Берите мех воды и туда бегите. Там погибают от жажды люди. Ко мне идут». Те – побежали. Действительно – погибают. Отпоили – привели в монастырь. А в это же время по другой дороге тоже заблудившиеся шли. Группа паломников. Они погибли от жажды по дороге к Антонию. Это стало известно. И ученики говорят: «Почему ты про тех сказал, а про этих – не сказал?» Антоний: «А про тех мне Господь не открыл!» Слышите? Святой расписывается в своем бессилии. Я не могу! Святые очень часто говорят: «Я – не могу. Вот он – может, а я – не могу!»

Такие случаи можем привести и с Моисеем. И – с Илией. И – с Елисеем. Когда они воскрешали, допустим, у них не с первого раза получалось. (…)

С Христом совершенно противоположное.

И вот, если мы на контраст поставим Господа Иисуса с этими людьми, мы увидим, что Он совершает чудеса не мерой и не числом. Он их просто совершает так легко и так много, что действительно они не поддаются исчислению.

При этом поставьте еще Его с точки зрения возраста и внешнего вида на фон этих великих мужей. Моисей – это сто двадцатилетний старец к концу жизни. (…) В восьмидесятилетнем возрасте, когда у него ни один зуб не выпал, не расшатался (представьте себе этого человека) он еще крепостью сил был как юноша. Он еще был по силам как молодой человек. Господь повелевает ему совершить много знамений и повести народ из египетского рабства и еще сорок лет по пустыням водить. Представьте себе этого человека. Помните, как его евреи хвалили: «Мы – Моисеевы ученики!» С Моисеем разговаривал Бог. Они хвалятся Моисеем, потому что Моисей – велик. (…) С Моисеем говорил Господь наяву, лицом к лицу, устами к устам. Как друг с другом. Любимый человек. Поэтому евреи хвалились Моисеем. И на фоне этого сто двадцатилетнего старца, с которым разговаривает Бог; который весь седовласый, могучий, древний, великий, чудесами украшенный; Иисус – это мальчик. Понимаете? Это юноша. Тридцать лет с небольшим. Когда Он говорил евреям: «Воистину Авраам видел день Мой и возрадовался» (…), они отвечают Ему: «Тебе нет пятидесяти лет. И Ты видел Авраама?»

Ну что такое пятьдесят лет? Вот мне пятьдесят лет. А Он был меньше. Юнее. Молодой человек – Иисус. Молодой человек. Красивый. Безгрешный. И совершенный. На фоне всех этих великих старцев. Илия. Седовласый. Седобородый. Длиннобородый. Одетый в странную одежду, как в монашескую рясу. Такой. По виду аскет. По виду видно, что это старец-аскет. Моисей – это старец-мудрец.

На фоне этих старцев, который сделали пять, семь, двадцать чудес за свою жизнь, есть юноша Иисус. Молодой, красивый, свежий, как гибкий побег. Они – как дубы. А Он – как маленькая веточка. Но все совершает. Идет и все совершает. Прикасается – совершает. Плюнет – исцелит. Понимаете? Плевками исцелял. Настолько чудесами полный, что берет грязь земли, плюнет, кашу сделает, помажет слепому глаза. «Иди умойся!» – там-то. Пошел – умылся – видит. Понимаете?

От Него все льется со всех сторон, чтобы понимали, кто это. Ему не нужно постареть, чтобы быть мудрым. Ему не нужно нигде учиться, чтобы все знать. Ему не нужно быть таким великим, седым, старым. Таким, как мы говорим: «Старцы. Старцы!» Все старцев ищем. Где старцы? Какие старцы! Мы влюблены в старцев. Потому что от кого искать мудрости? От сопляков? У сопляков в голове не пойми чего. У молодых – похоть. У сопляков – туман. Только, действительно, к старости, когда борода седая, спина согнулась и ноги подгибаются, в голове что-то уже шевелится: «Господи, помилуй! Господи, помилуй! Господи, помилуй!» Вот тогда уже можно ждать мудрости от человека.

По человеческому разумению говорю.

С Иисусом Христом – ничего этого не надо. Он – молодой, юный, свежий. Полный чудес. Потому что – Он не человек. Он не просто человек.

Вот смотрите, кто Он такой. Это доказательство. Нигде не учился. Никуда не ходил. Не старел. Его старым представить невозможно. Иисус невозможен старым. Он – Агнец Божий. Он – ягненок. Он – вечно молодой. Он не может постареть. Он не может заболеть. Он не может согнуться от лет прожитых. Он пришел быть вечно юным. Он вечно юным вовеки и будет. Он – воплотился, расцвел, достиг пика человеческого возраста. В таком возрасте, собственно, Он и есть. Преобразил человеческое естество в Себе Самом. И стариком Его представить невозможно и не нужно.

Наложите себе две картины такие. Великие старцы древней истории. Потом – великие старцы нашей истории. Берем Оптинских старцев. Берем других старцев. Старцы! Старцы! Старцы! И тут – раз! – такой юноша. Тридцать лет! Господи Иисусе! Что такое (казалось) тридцать лет? Но это – Господь. Если бы это было просто тридцать лет, то это был бы – пацан. «Послушай, иди отсюда. Что такое рассказываешь мне!» Стыдно выбрать в депутаты тридцатилетнего сопляка. Потому что – что у него в голове? Что в голове у человека в тридцать лет? Вспомните себя, кому уже тридцать пять или сорок лет. Или сорок пять. Что у вас в двадцать пять или в двадцать восемь было в голове? Это ж кошмар какой-то! Ничего серьезного. Ни одной мысли, додуманной до конца. Шараханье. Страсти-мордасти. В сердце кипит. Кровь бурлит. И так далее. А здесь – Господь.

Вот вам бытовое доказательство. Господь.

Недавно я ездил в Лавру – Троицкую. Там повстречал одного своего старого знакомого. Раб Божий один такой. Живет в Нью-Йорке и приезжает сюда регулярно. Два раза в год на обучение для мирян. Духовные семинары. И для мирян. Чтобы люди получали духовное образование. В Лавре есть такое. И он не ленится. Слышите? Не ленится человек два раза в год из Нью-Йорка летать. Уже четыре года подряд. На неделю, на две. Приезжает. Живет, как монах, в Лавре. Ходит на лекции. Набирается, как аккумулятор заряжается, этой святостью, чтобы потом еще полгода в Нью-Йорке прожить. В этом дурдоме.

Это я для некоторых говорю специально – чтобы они не ленились в храм Божий ходить. Недалеко он. Не два часа добираться. Слушайте! Люди через океан летят, чтобы к Преподобному прийти.

И он нашел где-то ролик такой. Какой-то раввин (я не узнавал его имя, где он там раввинствует) рассказывает, почему он верит в Иисуса Христа. Почему? Все очень просто. Он рассказывает про Моисея, про Авраама, про Давида. Говорит: «Это люди – славные. Люди великие». Вот Давид – царь. Под ним миллионы людей. И огромные богатства. Все ресурсы под ним. И он уже такой умудренный. В старости умер. Авраам – тоже. Моисей – у него миллионы людей в руках. Он – старый. Он – мудрый. Он – то. Он – то. Он – то.

И вот – Иисус. Юноша. У Него ни кола, ни гроша. Ничего у Него. Карманы – пустые. Вокруг Него – двенадцать нищих рыбаков. И всего-то навсего работал Он на Земле с людьми – три года. Слышите? Моисей сорок лет водил людей по пустыне. И талдычил им в головы их упертые эти законы Божии сорок лет каждый день. И Давид тем же самым занимался. До старости жил. В старости умер. И занимался этими Божьими делами каждый день. Псалтирь написал. И – пел. И – молился. И – воевал. И – все, все, все. И – Соломон – сын его чудный. Мудростью украшенный. И так далее. Это все люди, которые десятилетиями трудились над народом, чтобы народ исправить. И при этом у них был денежный ресурс. У них была великая власть. И – миллионы подчиненных, которые делали все, что они скажут.

А этот Иисус. Во-первых, юноша. Во-вторых, три года походил-то между рыбаками. Походил, поговорил…и – перевернул всю Вселенную. Вы гляньте – сколько сегодня в мире христиан. А сколько было при жизни Христа учеников. Двенадцать. Ну – пятнадцать, двадцать. Сегодня мы поминаем женщин, которые служили Ему от имений своих. Мария Магдалина. Сусанна. Соломия. Марфа, Мария. Ну – еще шесть-семь женщин. И – все. А сегодня сколько людей любят Иисуса Христа.

(…) (О Наполеоне)

Из грязи вылез гений. Так Игнатий Брянчанинов говорил. Из великих потрясений выползают гады. Как антихрист. Почему это гадость – революция? Потому что из этих потрясений выползают змеи. А потом будут царствовать над людьми. (…) Из таких потрясений выполз Наполеон. Злой гений – предтеча антихриста. (…)

«Я лучший из людей. Я самый смелый из людей» — говорил Наполеон. «Меня любили больше всех людей. За меня умирали. За мою улыбку умирали люди сотнями. А Иисуса любят, не видя Его. И умирают за Него уже восемнадцать столетий. Не видав Его глазами. Это достаточно убеждает меня, что Он – Господь».

Слышите, что говорит тиран, злодей и великий кровопроливец? Перед смертью дошло до него.

Вот примерно то же говорит и этот раввин.

(…)

Ни денег. Ни армии. Ну – ничего нет у человека. Возьмите по человеческим понятиям. «С чем ты хочешь пойти на войну против этого злого человечества? У него есть грехи. У него есть закон. У него есть армия. У него есть полиция. У него есть жрецы. У него есть свои религии. И ты хочешь перевернуть мир?» Он никому ничего не говорил. Просто пошел и – сделал. Юноша. Молодой человек. По имени Иисус. (…)

Доходят люди до этой веры, вглядываясь в Евангелие и понимая, что невозможно иначе объяснить никак Его поведение.

Конечно, пытались. Пытались же Его и Веельзевулом называть. Говорили, что Он творит чудеса силою Веельзевула, князя бесовского. На что, вы помните, Он отвечал: «А сыновья ваши чьим именем их гонят?» (…) (Много там было диалогов у Него). Не постеснялись объяснить чудеса Христовы именем князя бесовского.

Вот, братья и сестры, я бы хотел, чтобы сегодня мы с вами, вспомнив эти два чуда.

(…)

Вы себе представили. Помните, Иоанн Богослов в Евангелие говорит: «Сколько чудес Он сотворил перед ними. И не уверовали в Него» (см.Ин.12, 37).

Тот же Исаия говорит: «Глазами смотреть будете и не уверуете. Ушами слышать будете и не поймете. Потому что – огрубело сердце людей сих. И приближаются ко мне устами. А сердце их далеко отстоит от Меня» (см. Ис.6:9-10).

Видели – и не веровали. А Он столько сотворил, что описать невозможно. Такой удивительный. Такой юный. Безгрешный. Красивый. Совершенный. Чудотворец. По имени Иисус Христос. Сын Марии девы (…) Иисус – сын Иосифа. Сын плотника. И Сам – плотник. Сам называл Себя пастырем добрым. Пастух. Он еще и пастух по профессии. Пастух – Сын плотника. Сын Иосифа. Из Назарета. «Из Назарета может ли что-то доброе быть?» — так спрашивали. Маленький городишка такой. Вот он смиренный Господь, который просидел так тихо на земле. Что тридцать лет никто не знал, что Солнце Правды живет под боком. Такое Солнышко доброе, что Оно никого не обожгло. Никого не опалило.

Никого не ослепило. Тридцать лет жил в тайне. Ходил по улицам. Работал. Разговаривал с людьми. Ходил в синагогу. Никто не догадался, что Господь на земле живет. Столько смирения в человеке. В этом человеке по имени Иисус. Потом уже, когда у Иоанна крестился, вышел и три года ослеплял людей этим обилием чудес. Верили – не верили. А теперь уже сколько веруют?

Когда распинали Его, под крестом стояли только Лонгин Сотник. Мария Магдалина, (сегодня празднуемая), Матерь Божия и Иоанн Богослов. Четыре души.

А сегодня? Где Крест ни поставь, к Нему собираются тысячи и тысячи народа. На храме крест. У каждого на груди крестик. Смотрим на этот крест – надежду нашу. Он собрал в себе все чада, рассеянные воедино. Он собирает воедино всех рассеянных чад. Иисус Христос. Вот такой он наш Иисус. Надежда наша. Мы в конце службы говорим: «Слава Тебе, Христе Боже, упование наше. Слава Тебе!» Слово – упование – означает – надежда.

У меня даже порывается язык сказать – «Слава Тебе, Христе Боже, надежда наша. Слава Тебе». Мне хочется, чтобы люди поняли, что это такое. Упование – это красиво звучит. Но – не всем понятно. «Надежда наша – слава Тебе – Христе Боже!»

Надежды большей нету. Не думайте себе, что наука смерть победит, рыночные преобразования нам карманы набьют, и мы будем счастливые. Сядем – как божество богатства. В Китае есть такое. Толстопузый веселый человечек. Символизирует божество богатства. Брюшко такое висит до земли. Рожа, расплывшаяся в улыбке. Сидит такой довольный. Бог богатства такой китайский. И мы – как Бог богатства сядем. Довольные. Сытые. Здоровые. И жить будем вечно. Дули с маком! Так не будет. Все будет совершенно по-другому. И у нас надежды больше нету. Кроме как Господь Иисус Христос.

Слава Тебе, Христе Боже – надежда наша. Слава Тебе!

Он наша надежда и в этой жизни. И надежда наша – после этой жизни. Если на Христа надеяться только в этой жизни – то это великое поражение. Слышите? Апостол Павел говорит: «Если мы будем надеяться на Христа только в этой жизни, то мы несчастнее всех человеков» (1Кор. 15,19). Если человек надеется, что Христос даст ему здоровье, даст ему успех в бизнесе, даст ему крепкую семью, даст ему долголетие, даст ему непоколебимое житейское бытие; если только на это надеется человек, то он жестоко обманется. Потому что – Христос не сотворитель земных благ. У Него все по-другому. Самое главное – что Христос дает – это внутренний мир, очищение от грехов и вечную жизнь. Если мы надеемся на Христа только в этой жизни – мы несчастнейшие из человеков. Нам придется потерпеть две катастрофы. Первая катастрофа – мы обманемся в житейском счастье. Обманемся. Мы не будем иметь столько, сколько хотим. Хотя бы потому – что хочет человек бесконечно. Как злая старуха из Сказки про рыбака и рыбку.

Мы обманемся. В надеждах на этот мир – мы обманемся.

И если мы ничего не хотим в будущем мире, то мы еще раз обманемся. Двойное банкротство. Мы будем несчастнее всех человеков. Христос – надежда наша. Единственная надежда. Но не только на этот мир. Он и здесь поможет. Здесь защитит. Здесь вразумит. Здесь согреет. Здесь оградит. Но – главным образом, Христос нас ведет в другую сторону. Готовит для нас грядущий мир. «В доме Отца Моего обителей много. Иду – говорит – приготовить место вам» (Ин.14:2-3).

Сейчас Его с нами видимо нету. Он же ушел от нас. Пострадал. Умер. Воскрес. Вознесся. Ушел на небо. И опять с небес придет. А что Он там делает? Иду – приготовить место вам.

Как пастух овец водит: «Там вода чистая – пошли туда. Там трава. И, в конце концов, – все за мной!» В дудку погудел. И – пошли. Он повел их – туда, где сам знает.

Наш пастырь добрый ведет нас на чистую воду на свежую травку. В вечную жизнь. Это вам надежда наша. Это единственная наша надежда.

Защитить. Вразумить. Помиловать. Нутро наше просвятить светом Своим. Это Его задача. Никто другой для нас этого не сделает.

Вот, друзья мои, уходя из храма Божьего, размышляйте о имени Христовом. И на самом деле хорошо бы найти время – посидеть молча. И подумать об Иисусе Христе.

Вот вам такой вопрос: «Может когда-то было такое?» Чтобы, например, нет никого рядом (Да и слава Богу, что нет никого. А, если есть, то вы бы ушли от него), сели бы себе в уголочек в одиночку при выключенном телевизоре и подумали об Иисусе Христе. Попробуйте. Интересно – получится или не получится? Как это думать про Иисуса Христа? Что это про Него думать? Интересно. Вспомнить что-то из Евангелие. Представить себе, как это было в реальности. Думать об Иисусе Христе. Тот, кто любит – думает и помнит. Вы же все влюблялись когда-то в жизни своей. (…) Когда вы любили – вы думали, вспоминали, размышляли. Пытались дозвониться письмо написать. Песни пели.

Вот примерно то же с верой происходит. Если любишь Господа Иисуса Христа – думаешь о Нем. Размышляешь. Читаешь. И так далее. Так далее. Вот это важное дело.

Предлагаю вам в течении следующей седмицы поупражняться в этих священных занятиях. Думать об Иисусе Христе – не такая простая вещь. Но очень полезная.

Молодой. Безгрешный. Совершенный. Красивый. Совершенно юный по сравнению с Моисеем и Илией. Тридцатилетний. Свежий как росточек, вышедший только что из земли. Полный чудес. Господь наш – Иисус Христос. Единственная надежда наша.

В Него верьте и не постыдитесь.

Аминь.

Христос Воскресе!

FavoriteLoadingДобавить в избранные публикации