3689 Исцеление слепого /проповедь 03.02.2019/

A A A

Христос Воскресе!

Евангельское чтение сегодняшнего дня – это исцеление слепого человека, сидевшего при воротах города Иерихона. Господь Иисус Христос направил туда стопы Свои. Недолго оставалось совсем до взятия под стражу, суда и неправедного распятия. Человек слепой спросил: «Что за шум?» Ему сказали, что Иисус Назарянин мимо ходит. И он возвысил голос с криком: «Иисусе, Сыне Давидов, помилуй мя!» Это нам говорит с вами о том, что слух о Иисусе Христе — вполне конкретный слух. Разнесся по всей Иудейской стране и окрестностях. Конкретность этого слуха выражается в том, какие люди просили у Христа помощи. К Нему шли прокаженные, которые ни к кому не ходили. Потому что – нельзя. Как вы, когда чихаете и кашляете, закрываете рот свой и говорите: «Не подходи ко мне. Не будет лобзаться. Я могу тебя заразить». У человека есть понимание, что он может передать свою заразу. Речь идет о ничтожной заразе. О каком-нибудь насморке. А прокаженные – это гниющие заживо люди. Они, конечно же, не подходили ни к кому. Из чувства человечности, оставшейся в них. И люди по брезгливости к ним не подходили. По страху.

И эти прокаженные шли к Христу. Они преодолевали свой страх. А Христос, как бесстрашный, шел к ним и прикасался к их язвам.

Это означало, что вот какой слух дошел до людей: любые болезни Христос не боится исцелять, и любые люди приходят к Нему. Поэтому и кровоточивые (по закону – нечистые женщины) дерзали хвататься за Его одежду. Люди самые деклассированные, эти мытари, грешники, фарисеи, всякие блудницы разные (то есть те, которых по роду занятий и профессий подчеркнуто гнушались), они тоже шли к Иисусу Христу. И – слепой.

Этот слух о Христе распространялся волнообразно, в разные стороны по всей земле: без газет, без радио, без телевидения. Удивительно, что сегодня при наличии радио, телевидения, печатных станков и прочих технических средств, люди гораздо меньше слышат о Иисусе Христе, думают о Иисусе Христе и стремятся к Иисусу Христу нежели тогда в Палестине, когда Сам Живой Господь Иисус Христос жил между ними. И без всяких технических средства, одним только таким «народным “BBC”» (баба бабе сказала), люди узнавали о Христе и шли к Нему.

Это, действительно, удивительно. Оказывается, вся наша техническая помощь, которая должна была бы нам помочь, типографии наши, телестудии; они, оказывается, «не догоняют» (остаются сзади) до благодати той, которая есть у людей. Бывают такие времена, когда нету помощи ниоткуда, а благодать «дышит, где хочет», и люди спасаются.

Вот слепой этот человек… С кем общался этот слепой? Ну со слепыми такими же как он, очевидно. Помните эту картину Питера Брейгеля (старшего) — (фламандцев, северных европейцев), когда слепые в кучки сбивались и ходили, простукивая себе дорогу палками. О них Христос говорил, что, если «слепой слепого водит – оба в яму упадут» (Мф.15:14). Они друг другу помогали, но — что «тот» – незрячий, то и «тот» – незрячий…

С кем они общались? Какой круг общения у слепых? Но что-то они слышали о Христе. Очевидно, слышали то, что касается их самих.

— Слышал? Там, говорят, слепой исцелился» — Кто исцелил? — Иисус. — Какой Иисус? — Из Назарета. — Кто такой? — Говорят, Мессия – сын Давидов.

Когда слепой позвал Иисуса Христа и назвал Его — «Сын Давидов», то это было выражение, братья и сестры, веры. Потому что – «Сын Давидов» – это мессианский титул. Это не признак родства, не фамилия, не упоминание о родственниках. Это именно титул, обозначающий, что ты — мессия истинный, что ты по крови происходишь из Царского дома, из дома Давидова, оттуда должен прийти Царь Израиля. (Почему в Вифлееме Господь и родился. От дома Давидова должен был выйти Господь Иисус Христос).

Поэтому, слепец был, очевидно, верующим человеком. И он вопил мессианские слова: «Иисусе, Сыне Давидов, помилуй мя!» Пользуясь случаем, хочу вам сказать, что из таких «воплей» составлен акафист Господу Иисусу Христу. У нас есть такой – «Акафист Иисусу Сладчайшему». Он весь состоит из таких кратких воплей, обращенных к личности Господи Иисуса Христа при помощи призывания Его Имени. У нас есть заповедь – молиться Именем Христа. Есть такая заповедь – молиться во Имя Христа и Именем Христа. Евангелие возвещает нам, что жизнь вечная, дается людям во Имя Иисуса Христа. Иоанн Богослов говорит, что: «Все, что мы написали вам – написали, чтобы вы веровали, что: “Иисус есть Сын Божий и веровавшие в Него жизнь имеют во Имя Его”» (см. Ин. 20:31). То есть вечная жизнь, которую мы чаем получить, она будет не просто вечная жизнь во имя всего хорошего против всего плохого. Это будет вечная жизнь во Имя Иисуса Христа. Поэтому, говорится: «Молитесь Именем Христовым», говорится в Церкви многократно. И еще говорится в Евангелие от Иоанна, что «Христос пришел к своим, свои Его не приняли»; что «Он есть свет, пришедший в мир»; и говорится, что «те, которые приняли Его, тем Он дал власть видеть быть чадами Божиими, которые не от похоти плоти, не от похоти мужеской родились, но от Бога родились» (см. Ин.1:9-12); «Верующие во Имя Его»…Новые люди…

Вообще, по идее: христиане – это «новые люди». Если мы с вами не можем о себе такого сказать, значит, мы находимся на пути к Христианству. Как в песнопениях наших говорится, когда просим мы, например, Господа или Богоматерь: «Помоги христианскому новому жительству». Помоги новым людям Твоим. Новые люди – это люди, которые не крадут, не желают ближнему зла. Соблюдают святость семейных уз или даже «шагают дальше» – в безбрачии чисто живут. Это люди, которые любят помогать и отдавать больше, нежели принимать и зарабатывать. Люди, которые стремятся к будущей жизни и чувствуют ее. Они предчувствуют грядущий мир и стремятся туда. В это грядущее царство. В жизнь будущего века. То, что на земле – оно только для того, чтобы ноги помыть. Только то, чего ногами касаешься. А остальное все – голова, плечи, руки, ноги — устремлено все туда, в эту будущую жизнь. Это — странники и пришельцы. Это люди, для которые каждая чужбина – это родина, а каждая родина – это чужбина. Как еще в древние времена говорил про христиан один из апологетов. «Новый мир. Новое человечество».

Где оно – «новое человечество»? Мы с вами его представители. Нам нужно быть новыми людьми, новым человеком. И вот, повторяю, эти новые люди – они живут во Имя Иисуса и с Именем Иисуса. И они знают, Имя Господа Иисуса Христа это есть, одновременно, и пластырь, и хлеб, и острый меч. Для врагов – это меч. На раны мои – это пластырь. Для ума моего – это зажженная лампа. Светильник ногам моим, чтобы я не спотыкался.

Мы должны молиться Именем Господним… Как можно чаще… Как можно внимательней… Как можно сердечней и любовней…

И вот что я вам еще говорю — мы с вами должны быть такие «добрые слепцы». (Об этом тоже сейчас кратко скажем). Есть такой красивый Акафист Иисусу Сладчайшему, где, как бы, нам в уста вкладывается много просьб таких. «Иисусе, Сыне Давидов…Иисусе, Боже Истинный…Иисусе, Агнче Непорочный…Иисусе, Царю Преславный…» «Иисусе, Боже мой, помилуй мя!… Иисусе, отпусти неправды мои!…Иисусе, очисти скверны мои!… Иисусе, забуди грехи мои!… Иисусе, не прогоняй меня от лица Твоего!…Иисусе, посрами бесов, оскорбляющих меня!…» Иисусе…Иисусе…Иисусе…Иисусе…Иисусе…

И там сотни просьб — готовых. Готовых! Как говорит нам Писание «мы не знаем, о чем просить, если бы сам Дух Святой не вдохновлял нас на молитву воздыханиями неглаголанными» (см. Рим.8:26). Нас учит молиться Дух Святой. Нам не нужно изобретать свои молитвы, они в большей части есть. Нам Духом Святым через Церковь даны молитвы готовые. Для того, чтобы знал человек. Как голубятники голубей изо рта голубей поят и кормят. Они в свой рот набирают воду, и потом голубок пьет изо рта хозяина. Так нам Дух Святой в Церкви дает. «На тебе готовое!» Уже разжеванное. Уже все есть.

Найдите у себя прошу вас… Хотите сегодня, хотите завтра – но найдите у себя молитву, этот Акафист Сладчайшему Иисусу. И вам там найдете эту «палитру призываний».

О чем просить? Ну, о чем просить Господа??? Что мне просить?? «Просить красоты? — Как-то стыдно». «Молодости? — Она ушла». «Богатства просить? — Язык не поворачивается». Ну что??? За кого молиться? За детей? За покойных родителей? Ну за что? За мир во всем мире? За свою гимназию? За своих соседей?

А там все есть. Там все уже есть! И все это есть благодаря Имени Христа. Сначала призываешь Имя Его, а потом просишь Его о том или о том. «Иисусе, не забудь меня! …Иисусе, приди ко мне! …Иисусе, вразуми меня! …Иисусе, освяти меня, темного! …Иисусе, очисти меня, скверного! …Иисусе, Одежда светлая, одень мою наготу! …Иисусе, Царь мой святой, не гневайся на меня!» …И так далее… И так далее…

Это вот то, что есть в Евангелие. А потом оно из Евангелия вышло и превратилось в церковную гимнографию. Потому что, церковные гимны, церковные песнопения, это — продолжение Евангелие. Напоенное Евангелием «слово человеческое», которое становится уже причастным к Слову Божию. Вот, например, один монах спрашивал другого: «Где в Евангелие пишется про имя Христово и про молитву Иисусову?» Тот отвечает: «Вот – пожалуйста – “от Марка” Евангелие семьдесят первое зачало воскресное про Воскресение Христово. «Христос Воскресший посылает на проповедь учеников и говорит: “Именем Моим бесы ижденут”» (Мк.16:17). Вот пожалуйста: Имя Христово для бесов — страшное, для людей — сильное, на душу — сладкое.

И этот слепой молился Иисусовой молитвой. «Иисусе, Сыне Давидов, помилуй меня!» Господь говорит: «Зовите его сюда». Его взяли, притащили… Иисус: «Чего ты хочешь?» Чего может хотеть слепой? – «Да прозрю!» И – прозрел. И пошел славить Бога дальше. Хвалил Его.

Нужно понимать, конечно, что исцеление глаз для тогдашнего времени – это было совершенно божественное дело. Не было офтальмологии. Древние врачи многое могли. Какие-то шины на кости поломанные класть могли. Что-то еще. Зубы рвали. Зубы пломбировали. В период египетского развития цивилизации (евреи там были – потом ушли) (Египет – это вообще большая тайна трех тысячелетий) медицинские инструменты, которые находят там археологи, историки говорят о том, что они делали трепанацию черепа. Древние врачи не были дурнее сегодняшних врачей. Я думаю, что некоторые гораздо дальше шли. Они могли многое. Как в житии Василия Великого описывается, что по роговице глаза врач определял, сколько дней осталось жить больному. Врач говорил больному: «А ну плюнь мне на руку!» И по слюне, по вязкости слюны, по цвету ее определял: «Ну, брат, готовься. Дня четыре – не больше». По цвету глаза…Они диагносты были еще те. Без всяких томографий, без всяких компьютеров…знали многое.

Но глаз не лечил никто. Никто не лечил глаз, это — слишком тонкая вещь. Что такое глаз? Это доказательство бытия Божия. И скрипка, между прочим, это доказательство того, что человек не от обезьяны произошел, а Богом сотворен. Эти «простые» вещи – они сложнейшие. Тот Дарвин, тот вселенной баламут, который сказал…предположил, что «якобы… может быть…в ходе отбора… человек возник…от того, от сего… от приматов…». Но он же и говорил на самом деле: «Не могу поверить, представить не могу, чтобы глаз возник в результате эволюции». Нет таких временных пространств (какими миллиардами их не исчисляй), чтобы возник такой тонкий орган. Один глаз человеческий сложнее всех компьютеров, существующих в мире. По количеству нейро- волокон, по сложной структуре своей – это вообще песня такая. И – «глазик» не лечил никто. Зубы, руки, ноги, желудок, печень – как-то лечили. А глаз никто не лечил. И, поэтому, когда слепой прозревал, было понятно – только Бог вмешался. Кроме Бога никто этого больше не делал.

Христос слепого исцеляет – а к нам это какое отношение имеет? У нас сейчас есть, конечно, клиники офтальмологические – там и операции всякие делают тонкие – и катаракты снимают, и все-все-все…Молодцы люди — додумались. Даже с глазом разбираться научились. Осталось только с сердцем своим разобраться. На дно морское нырнули, в космос улетели, по телефону с другим континентом разговаривают. Глаз оперируют…Только не могут понять: «Как жить?» И как с собой разобраться. Так вот живут и умирают, не пойми как.

К нам это относится в том смысле, что — человек есть слепец. Мы с вами не видим духовного мира. Все, что мы с вами видим, – это гораздо меньше, чем животное. С точки зрения остроты зрения, дальности зрения и целевого предназначения зрения, всякие орлы и всякие мыши – они смотрят… как в перископ, понимаешь, и — все знают. А мы – что мы видим с вами? К тому же мы после сорока лет каждые десять лет на семь процентов глохнем и примерно на столько же слепнем. То есть, мы с течением времени глохнем и слепнем. У нас «закрываются двери на улицу». Об этом Соломон пишет в книге Екклесиаста (Еккл.12:3-4). Когда описывает старость, он говорит: «Содрогнулись мужи силы!» (ослабели руки и ноги). Потом говорит: «Не стало мелющих на жерновах!» (зубы выпадают – это жернова, которые мелют пищу). «Помрачились окна на улицу!» (глаза уже не так ярко видят и из дома, как бы, ничего не видно на улицу). «И закрываются двери на улицу!» То есть – чувства и различные органы притупляются. Если человека представить как «в доме»: вот тебе глаза – это окошки, вот тебе жернова…вот тебе опорные столбы. Начинает все дрожать, шататься. Окна затуманились… Зубов нет… Двери закрываются…

Человек, с точки зрения чувств, по мере продлевания своей жизни, он – «сворачивается». Он, когда рождается, долго «разворачивается». «Развернулся!» Это называется — молодость. Потом – «Стоп!». И — начинает сворачиваться… Внутрь…

По мере «сворачивания внутрь», он должен внутри обновляться.

Когда он снаружи стареет, а внутри у него ничего не происходит интересного (ни молитвы, ни веры, ни благодати – ничего!), тогда получается безумная и бесполезная старость. Бесполезная. Безумная. Слабая. Раздраженная. «А вот я раньше был молодой!» «А вот я раньше была красивая – а теперь я не красивая!» «И я теперь не молодой!» И вот оно все, такое, – скукоживается внутрь. Без всякой пользы и смысла.

А, когда человек закрывает дверь на улицу, но внутри у него молитва живет (внутри очаг горит, внутри камин не потушили — сердце работает и молится), тогда получается правильная старость; когда человек меняет внешний мир на внутренний мир и начинает жить внутренней жизнью. Благочестивый старик – это человек, который живет внутренней жизнью. Насыщенной глубокой жизнью. Он уже кросс не пробежит. Он уже мешки таскать не будет. Он уже – «все!» — ушло время. Но у него внутренняя жизнь, наоборот, насыщается: становится ярче, глубже, внимательней и насыщенней. Об этом и Павел говорил: «Если внешний наш человек тлеет (разрушается), то внутренний наш человек обновляется со дня на день». То есть внутренняя жизнь как «в матрешке». Снаружи большая матрешка – внутри маленькая. Надо заниматься этой маленькой, которая внутри. А там внутри еще меньше матрешечка есть. И, чем меньше, тем – дороже. Самая сокровенная матрешечка – это и есть «тайный человек». А все остальные – это как на луковичке покровы.

Надо заниматься человеку своим внутренним существом, и там должно жить внутри Имя Иисуса. Там внутри вот это… «Иисусе, не оставь меня! …Иисусе, слава Тебе! …Иисусе, помилуй детей моих! …Иисусе, вспомни обо мне в день смерти моей! …Иисусе, не прогоняй меня на Страшном Суде!» Это все сокровенная жизнь человеческого сердца: самой маленькой тайной внутренней матрешечки. На ней должно быть написано: «Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя!»

А, так как мы с вами слепые, – что мы видим? «Бесов видим? – Слава Богу – нет». (Если бы мы их видели – мы бы чокнутые были. Не хватило бы в мире психбольниц, чтобы туда всех засадить. Это очень страшная вещь). «Ангелов видим? – Нет, не видим. Слава Богу, что не видим». «Пропасть под ногами видим? – там, где змей зубами скрежещет, пожрать нас хочет. – Не видим». «На небесах Престол Божий видим? – Не видим». Что мы видим? — Ничего не видим. Мы — слепые. Слава Богу. В принципе, хорошо не видеть ничего такого страшного. Потому что, если бы мы это все увидели с вами, – тогда все. Все! Знаете, как отличаются те, кто что-то видели от тех, которые ничего не видели? — Те, кто что-то видели – они не разговаривают. Вот Лазарь был четыре дня в гробу, и непонятно, где гуляла душа его. А потом воскрес – и молчал. Ходил как рыба. Разговоры земные ему были не интересны, а разговоры духовные никто бы и не понял. Как у Лермонтова – «По небу полуночи ангел летел и тихую песню он пел — (Помните?) — О Боге великом он пел, и хвала его непритворна была. Он душу младую в объятиях нес в юдоли печали и слез» (… и этой души молодой… остался звук песен …без слов, но – живой). «И долго по свету ходила она желанием дивным полна. И звуков небес заменить не могли ей скучные песни земли».

Кто видел что-то там (вверху) или чувствовал тамошнее что-то, ему тут скучно жить. О чем тут разговаривать? А кто там (внизу) был, там видел, ему тоже здесь ничего не интересно. (Лишь бы еще раз там не оказаться). Поэтому, молчат люди, которые знают что-то бОльшее.

А мы? Что мы бОльшее знаем? Ничего мы не знаем. Мы с вами — дети маленькие. Мы еще пока что хотим быть «христианским новым жительством» и духовный опыт наш ничтожен. Хотя каждый человек верующий должен быть (скажу вам сейчас «богословно», огорошу вас сейчас богословскими словами): «Пневматологический человек! Духовный человек!» («Пневма» – дух, «Агиос Пневматос» – Святой Дух). Мы должны иметь Духа Святого. Мы должны духовно жить. На все вещи должны смотреть духовными глазами.

На болезнь,…на здоровье,…на смерть,…на жизнь,…на молодость и старость,…на молитву,…на праздники и будни… На все нужно иметь духовный взгляд.

Нужно всем приобретать духовный образ жизни. Потому что, к стыду нашему, скажу, что мы мыслим по-мирски: мыслим так, как мыслит любая баба на базаре, как любой вор в «большом кабинете». Мы мыслим такими же категориями: категориями эгоизма, категориями одиночества, категориями перепуганности, категориями маловерия. Хотим укрепить себя при помощи власти, связей, денег, друзей, знакомых. Чтобы сказать как вавилонская царица: «Сижу высоко, я — не вдова, не будет у меня беды!» (см. Откр.18:7). Тайное желание сердца человеческого – так себя обставить, чтобы «мне было всегда хорошо». Мирская жизнь.

А нам нужно быть духовными людьми, нам нужно приобретать духовный разум. Тяжелая вещь, но доступная. Тяжелая! Но – доступная! Нам нужно приобретать Имя Господне, стяжать в молитву себе. И молиться Богу как слепой. Вот закрыл глаза – не вижу ничего! Где? Куда? Куда идти? Что делать? Что вокруг меня? Что впереди? Что сзади? Что сверху? Что снизу? Что справа? Что слева? Вот — как слепой. Сижу, как слепой, и зову: «Иисусе! …Иисусе! …Иисусе! …Иисусе, услыши! …Иисусе, помилуй! …Иисусе, не карай! …Иисусе, не наказывай! Иисусе, возьми меня за руку! …Иисусе, веди меня туда, куда нужно идти, потому что я – ничего не вижу! Не вижу я!»

Я — не вижу! И вы – не видите. Вот только как слепые мы и можем молиться Господу.

И вера имеет следующий путь. Вначале, вера чувствует, но не видит. А, когда вера приходит в завершение, то она – видит. Зрячая вера – это вера видения. Это вера, пришедшая в полноту. Некоторые достигают этого при жизни. Такие как Серафим Саровский. А большинство из нас достигает этого по смерти. Когда – «Я слышал про Тебя. А теперь, я вижу Тебя!» И – замолкают. Как Иов сказал. Когда Бог явился Иову… Иов говорил, говорил такие тяжелые слова на Господа Бога. Печалился на жизнь свою тяжелую, на непонятные всякие треволнения судьбы человеческой. Потом Господь заговорил с ним и явился ему. Иов сказал: «Я слышал про Тебя слухом ушей моих. А теперь я вижу Тебя и замолкаю в прахе» (см. Иов. 42: 5-6). На рот свой кладу руку свою. Все! (Я вижу Тебя – говорить больше не о чем).

И вера движется к этому. «Слышали, уверовали, молимся… Увидели!» Это конец веры. Конец веры – это видение, когда ты пришел туда и увидел все. Это – конец веры. И ты: либо через святую жизнь еще при жизни придешь к видению; когда тебе не нужно будет доказательства бытия Божия. Знаете, как много людей ищут «доказательства бытия Божия» — «Докажите мне!» А другие «добрые люди», копаются в физике, в химии, в формулах, в истории… и пытаются доказать другим «хорошим людям», что Бог есть. Это такая «песочница — детский лепет на лужайке».

А как мы верим в Христа? Верим сердцем! Через ухо в сердце попадает правда. Слухом уха услышали, сердце приняло. Как утроба, зачавшая: семя – вошло, утроба — зачала. Сердце зачинает веру, как утроба принимает семя. Семя веры. Попадает через ухо все. Сердце живет. Уже там младенец живет. А потом уже должно разродиться – в «приход к Нему». Мы же к Нему идем. То есть, мы с вами увидим Того, о Ком сейчас слышим. И мы увидим Того, в Кого сегодня веруем. Когда увидим, уже веры не будет. Будет – знание. Знание начнется, вера – закончится. Вера не навсегда. Вера только на земле.

Есть вера, надежда и любовь. Вера превратится в знание; надежда оправдается и уйдет (когда оправдалась надежда – все уже, чего надеяться; допустим, когда тебе делают операцию, я «надеюсь», что ты выживешь; сделали операцию – надежда закончилась, она оправдалась; я уже — не надеюсь, я уже – радуюсь); а любовь – останется. Вера – на время.

Надежда – тоже до времени. А любовь – навсегда. И мы увидим Господа. Пока – «верую». А потом – «увижу». Пока что – «слышу». А потом – «увижу». Сегодня вера — от слышания.

Так вот – примите к себе в сердце слова о слепом человеке, который от ворот Иерихона вопил к Иисусу «молитву Иисусову» — «Иисусе, Сыне Давидов – помилуй мя!»

Мы с вами ничем существенным от этого слепца не отличаемся. У нас есть вера в Господа Иисуса Христа. Есть вера, что Он – Мессия. Поэтому мы кричим Ему: «Иисусе, Сыне Давидов!» «Иисусе, Сыне Марии!» «Иисусе, Сыне Божий!» (Какие есть все эпитеты Евангельские – все к Нему приложимы).

Мы такие же слепые. Мы мало что видим. Зовем… Потом Он подойдет: «Чего ты вопишь?» Еще интересно то, что у любой молитвы есть препятствие.

Когда мы молимся – нем мешает лень, нам мешает тяжелое уныние, мешают просыпающиеся страсти, мешает суета житейская, мешает телевизор, мешают домочадцы, соседи, работа…Все мешает молиться человеку.

Ему (слепцу) тоже мешали. Он просил: «Иисусе, помилуй мя!» А ему говорили: «Да замолчи ты!» Все те, кто вокруг его сидели: «Тихо ты. Тихо! Замолчи! Не лезь». А он еще сильней кричал: «Иисусе, Сыне Божий, помилуй меня!» Понимаете?

Когда вам мешают молиться, молитесь еще больше. Если молитва есть – у нее не может не быть врагов. Не может не быть врагов…Это, как, если бы в темном подвале вы сидели, и кто-нибудь зажег бы маленькую спичку, или маленькую свечку, или маленькую зажигалку; тут же вы бы заметили бы этот маленький огонек. Вот так лукавый, который командует этим темным миром, падшими людьми, суетными глупыми людьми (командует ими, в пучки их связывает, как веник из прутьев; вяжет веник из людей, готовит из них горючий материал для непогасающей печи; ни молитвы нет, ни веры нет, ни любви нет — ничего нет: терпения нет, верности нет, мужества нет; суета одна — грязь… бесполезная грязь) вдруг увидит – раз! – огонек зажегся. Как он может его не заметить? В полной тьме зажегся огонек. Это что за огонек? Это какая-то душа начала молиться. «Господи, Исусе Христе, помилуй меня. Господи, не оставь меня. Господи, укрепи меня». «Как это? Огонек появился?» И — побежали туда. Побежали тушить огонек. Не может лукавый не замечать зежегшийся огонек. Поэтому, у молитвы не может не быть врагов.

Опять-таки, Иова вспомним. Помните, Сыны Божии, Ангелы предстали перед Господом и затесался меж ними – сатана? Весь мир обошел. И Господь Бог позволяет ему разговаривать с собой. Говорит: «Что ты пришел?» Сатана: «Я обошел весь мир». Господь говорит: «Ты видел раба Моего — Иова, непорочного, праведного, милосердного, удаляющегося от зла?» (см.Иов.2:1-3). Как может сатана его не видеть? Конечно, он знает – в мире живут миллионы людей и все они гроша не стоят; а тут появился один такой…алмаз. Алмаз настоящий. Как он может его не заметить? Говорит: «Конечно, заметил. Вот. А Ты что – даром благословил его? А ну давай …Дай-ка мне его! Дай мне детей его! Дай мне имущество его! Благословит ли он Тебя?» (см.Иов.2:4-5). Тяжбу… Тяжбу затевает диавол с Богом за праведную душу. Он не может не заметить праведного человека.

И молящегося человека тут же видно. Я не знаю, замечаете вы или не замечаете? Но и в жизни видно – молящегося или не молящегося. Вот, если на работе, например, стоит рядом с тобой твоя соседка, товарка, допустим, и языком чешет – всех осуждает. Точно знай – не любит молиться человек и не умеет молиться. Потому что трепачи и «осуждатели» – это не молитвенные люди. А, если, смотришь – молчит человек, работу делает хорошо, празднословных речей не любит. Наверное, человек молится. Присмотрись к нему. Скорее всего, он тайную молитву творит. Потому что люди, которые работают хорошо и болтают мало, скорее всего, внутри сердца (тайно) (внутри матрешки своей – самой маленькой матрешки) имеют Имя Божие. Они, наверное, молятся. Молитву нельзя не заметить, если присмотреться к миру. И, конечно, не может у молитвы не быть врагов.

Но вы имейте в виду, что жизнь вечная дается во Имя Иисуса, что бес прогоняется Именем Иисуса, сердце просвещается Именем Иисуса. И еще вам скажу то, что апостол Петр сказал. Когда апостола Петра позвали в Синедрион и сказали ему (прямо так с угрозами сказали) «Мы Вам приказываем – не говорить об этом Человеке и не поминать имя Его!»

Иисуса Христа… Когда уже воскрес Христос, то апостолы пошли говорить: «Христос Воскрес! Христос Воскрес!» Пасху начали праздновать. А «эти» им говорят: «Идите сюда!» Побили их. И сказали: «Не смейте о Нем говорить!» «Вы что, — говорят, — хотите на нас Кровь Его навести?» Слышите, что убийцы говорят? Они же Его убили. И они же говорят: «Вы что – хотите на НАС кровь Его навести. Этого Человека? Не смейте про Него говорить? И имя Его не поминайте!» И в это время Петр говорит им (четвертая глава книги «Деяний», глава 4, стих 12, (чтобы легко найти)), что «Нету другого Имени под небом, которым бы подобало спастись, кроме Имени “Иисус Христос”». О! — Печать! — дальше идти некуда. Там, в принципе, еще есть такое. Апостол Павел говорит: «Во имя Иисуса Христа все поклонятся: и небо, и земля, и преисподняя. И всяк язык исповедует, что Господь Иисус во Славу Бога Отца» (см. Флп.2:10-11).

То есть – Имя Иисуса Христа – это ключ к вечной жизни.

И этим именем молился слепой человек при воротах Иерихона. Сидя в пыли и ничего не видя. Только слыша, что Иисус мимо ходит. А Иисус (доложу вам) – всегда мимо ходит. Где бы ты ни сел: хоть в Макдональдсе, хоть на лавочке в сквере; Иисус всегда мимо ходит. Когда призовешь Его, тогда Он тебя и позовет к Себе. «Чего хочешь? — Да прозрю». «А ты чего хочешь? — Да исцелюсь». «А ты чего? — Да простишь Ты меня, вот чего я хочу». «А ты чего хочешь? – Хочу, чтоб дети мои уверовали». «А ты чего хочешь? – Мужа найти хочу». «А ты? – Хочу, чтоб…хочу, чтоб…» …Да не знаю, чего еще…Много чего хорошего хочет человек… «Хочу умереть без страха!» «А ты? – Хочу, чтобы… дочка замуж вышла?» Вот…

А Он мимо ходит. Иисус – «вечно мимоходящий Человек». Вечно мимо ходит. Потому что: мы — мимо ходим и Он — мимо ходит. Сядь и позови его! Как слепец при Иерихоне. Просите у Него во Его Имя и Его Именем любое благо, которое нужно человеческому сердцу.

Пусть это будет главным сегодняшним нашим заданием. Дома найдите Акафист Сладчайшему Иисусу – раз. Книга Деяний, четвертая глава – два. И Евангелие от Иоанна – первая и последняя глава. Там про Имя Иисуса говорится: и — там, и — там. Чтобы вы поняли, что это не я «себе выдумываю» что-то.

Именем Христовым мы входим в Небесный Рай. Во Имя Его и к Нему, Иисусу, воскресшему из мертвых, Которому Слава и Держава, и Честь и Поклонение со Безначальным Отцом и Святым Духом. И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Христос Воскресе!

FavoriteLoadingДобавить в избранные публикации