2638 Бог наш и Бог мой. Моисей и Анна.

A A A

О религиозной жизни давно уже мы привыкли думать, как о деле сугубо личном. «Я молюсь», «я спасаюсь», «я перед Богом стою». Никто в тайну души моей не проникает, только один Бог. Тот ведает тайны сердца, тому и я открываю желания и помыслы. Все остальное не важно, поэтому не трогайте меня и не мешайте. Вера и молитва – дела глубоко личные. Так учили нас все эгоистичные эпохи, начиная с Возрождения.

Мысль об интимности религиозных переживаний, это справедливая мысль, но в ней не вся правда, а только часть ее.

Есть еще одна часть. А именно: Тот Бог, Который «вылил меня, как молоко, и как творог сгустил меня; Кто скрепил меня костями и жилами, одел кожей и плотью; даровал жизнь и милость» (См. Иов 10), Тот же Бог есть еще и Бог истории. Не только мой Бог, посчитавший волосы на моей голове и слушающий мои молитвы, но и Бог, в эту секунду держащий в руке Своей все царства мира со всей суетой и славой их. Он скрутил в тончайшую трубочку жало пчелы, но Он же рассыпал звезды по чаше неба. Потоп на землю наведен Им и Вавилонская башня Им остановлена в строительстве, но и глубины сердец Ему открыты. «Он создал сердца всех и вникает во все дела их» (Пс. 32:15) Малое и большое в Его руке.

The gathering of  manna in the desert (oil on canvas)Эти две мысли нужно сплетать воедино, как сплетаются воедино в мыслях о Христе память о Его человечестве с памятью о Его Божестве. Тот, Кто есть нераздельно и неслиянно Бог и человек, Тот управляет одновременно и жизнью отдельного человека, и жизнью всего человечества. Очень наглядно эти мысли воплощены в любом каноне, которые в изобилии поются на повечериях, утренях, панихидах.

Первая песнь любого канона посвящена переходу сынов Израилевых сушею посреди моря и гибели фараона с войском. «Поим Господеви! Славно бо прославися. Коня и всадника верже в море!» Это Бог истории. Пожалуй, никогда еще не являл Господь такого славного и страшного вмешательства в жизнь народов, спасая одних, карая других. И потом именно это чудо уже никогда не повторялось, но его нужно было ежегодно вспоминать, как Выход – Пасху. Оно не повторялось, но были уже иные вмешательства. При Елисее слепло целое ассирийское войско, при Исайе тысячи врагов под стенами Иерусалима истребил Ангел, три отрока остались живы посреди Вавилонской печи. И наша Русская история это непрестанная цепь чудес, таких как уход Тамерлана из-под стен Москвы или изгнание поляков и прекращение смуты. То есть Бог не стоит в стороне. Кир Персидский, Навуходоносор, Римский кесарь, тень которых устрашает народы, для Бога не более, чем лопата в руке садовника. Он «разрушает советы язычников, уничтожает замыслы народов» (ПС. 32:10). Потому говорит Он великим земли: «вразумитесь, цари; научитесь, судьи земли! Служите Господу со страхом и радуйтесь с трепетом!» (Пс. 2:10)

Бог – Царь всей земли. Этого нельзя забывать и в этом грешно сомневаться. «Пойте Богу нашему, пойте. Пойте Царю нашему, пойте. Ибо Бог – Царь всей земли, пойте разумно. Бог воцарился над народами, Бог сел на престоле Своем» (Пс. 46:7-10) И если это помнит человек, то теперь самое время перейти к третьей песни любого канона. Это песня женщины, услышанной в молитве. Детей не было у нее. Сладость супружества знала она, а тяжесть беременности не дана была ей. А сладость без тяжести и беззаконна, и приторна. И вот в ответ на молитву ее дан был ей сын – Самуил (Испрошенный). А она воспела Богу песню. Это не песня спасенного народа, а песня одного помилованного человека. Но в ней также воспевается Господь, Который «из праха подъемлет бедного, из брения возвышает нищего». Он «умерщвляет и оживляет, низводит в преисподнюю и возводит» (См. 1 Цар. Гл. 2) Здесь Царь всей земли славится не тысячами уст одновременно, а всего лишь устами одного человека.

Первая песня и третья. Третья и первая. Итак, Бог приклоняет ухо к просьбам отдельного человека, но Он же и правит всем миром, соотнося частные просьбы с общей пользой. По сути честное и общее всюду соприкасаются или переплетаются. Плачет Давид о своем грехе или о смерти сына, увлажняет слезами постель. Это частная молитва и боль отдельного сердца. Но в то же время это боль пророка, который через боль скажет нечто на память и пользу всему миру. Получает Анна просимое, но сын ее не будет просто человек, а один из славнейших мужей истории, который и на Давида прольет елей царского помазания. Молится Иона во чреве морского животного, и это тоже частная молитва о спасении. Но это же одновременно и промышление о Ниневии, которую спасенный Иона должен обратить к покаянию. Это же и пророчество о Христе, поскольку роду лукавому и прелюбодейному дастся только знамение Ионы пророка. (См. Мф. 12: 38-41)Так частное всегда связывается с общим и влияет на него.

Оружие и деньги, гордость и похоть пляшут на мировой сцене, делая вид, что это они – правители земли. А они лишь участники танца, но никак не режиссеры. И народ Божий должен упражняться в изучении Писания и в молитве, чтобы славу Божию не отдать иным и не приписать иным. И пусть не всегда сладкое принимать приходится от руки Вседержителя. Ведь тот же народ, который силою и волею Бога с пением вышел на противоположный берег Красного моря, со временем волею Того же Бога ушел со слезами в Вавилон. Но там, и там действовал Бог истории, то спасая, то наказывая.

Всматриваясь в события современности, нам следует не колебаться умом. Следует прозревать руку, правящую всеми. И молясь, стоит то говорить о себе и своих печалях, то переходить к молитве о всех и за вся. Ты Бог мой, помилуй меня! Ты Бог всех нас, всех нас помилуй! Господи сил, с нами буди. Иного бо разве Тебе, Помощника в скорбех не имамы. Господи Сил, помилуй нас!

FavoriteLoadingДобавить в избранные публикации