3129 БЕСЕДА НА РАДИО «РАДОНЕЖ». «У каждого из нас есть своя Галилея». [06.05.2016]

Аудиозапись: Adobe Flash Player (версия 9 или выше) требуется для воспроизведения этой аудиозаписи. Скачать последнюю версию здесь. К тому же, в Вашем браузере должен быть включен JavaScript.

О.Андрей Ткачёв: — Главное, что нас интересует —  что Христос действительно воскрес. Его гроб пустой, в гробу Его нет. «Что ищете живого с мертвыми?» — вспомните, как Он говорил вам, когда ещё был в Галилее. Там, в Галилее, Его и увидите. Нам нужно войти в Галилею, в ту нашу Галилею. Как митрополит Антоний Сурожский говорил: «У каждого из нас есть своя Галилея». Это те места, времена и события, которые связаны с первым узнаванием Христа как Господа. Христос ведь провел большую часть времени в Галилее, с учениками. Он должен был умереть в Иерусалиме, Он там и умер. Но приходил в Иерусалим редко. А большую часть прожил в Галилее и там собирал учеников, там было умножение хлебов, изгнание бесов из людей. Там было хождение по водам, Нагорная проповедь. Там было всё, в Галилее. Галилея —  это место где мы впервые увидели Христа. Для вас самих ваша личная Галилея —  это те дни, часы, события, люди, благодаря которым, через которых вы увидали Христа. В Галилею идете в пасхальные дни, вспоминаете, когда вы узнали о Христе впервые. Тот, кто впервые вас взял за руку, повел в храм —  это самый дорогой вам человек в жизни. Тот, кто дал вам самую лучшую книжку в руки, и вы открыли её  — и с первых строчек вас захватило, вы задохнулись и не могли выдохнуть. Вот этот важный, и тот писатель, который книжку написал, и кто дал вам эту книжку  — тоже важные люди. Кто вас первый раз исповедовал, причащал или куда в паломничество поехали. В общем, вспоминайте свою жизнь, это ваша Галилея, т.е. нет Его здесь, в гробу Его нет. Гроб Христов пуст. Встречайте Его в Галилее, т.е. там, где вы Его однажды увидели живым. Теперь увидите Его ещё раз живым, только уже воскресшим, т.е. умершим и снова живым. Таким образом, первый урок пасхальных дней  — это призыв к тому, чтобы вспомнить свою жизнь до обращения. Чтобы отмотать пленку и понять, кто помог, кто подсказал, кто взял за руку, кто помолился, кто не оттолкнул, кто вразумил. Это очень важные люди, это ваши бесценные помощники, т.е. вы вечные должники тех, кто вам помог когда — то давно прийти ко Христу. И сегодня можно вернуться в эту святую Галилею и вспомнить о тех, кто вас научил веровать. Кроме этого, очень важно говорить о том, что Христос ведь живой вовеки уже сегодня. Уже мы живем в пасхальный период, в этот великий седьмой день. И нам мало одной Пасхи, нам нужно много Пасок. Нам нужно много пасхальных праздников, чтобы мы не забыли, что Христос живой. И для того, чтобы мы не забыли об этом, у нас есть воскресный день. Воскресный день  — это самый древний праздник Церкви. Не было ещё ни Успения, Преображения, Покрова Божьей Матери, праздника Петра и Павла, праздника Николая Чудотворца —  ничего ещё не было, а воскресенье уже было. Это самый древний праздник Церкви. Нужно праздновать самый древний праздник Церкви. Нужно в воскресенье быть в храме. Почему? А потому, что воскресенье  — это маленькая Пасха. Воскресенья в году всего 52 и ровно столько, 52 раза в году Церковь празднует воскресенье Христово. Если бы только один раз в год праздновали Пасху, мы бы забыли за год, что Христос воскрес. Мы бы просто про Него забыли. Мы бы помнили про Николая — Чудотворца, про Серафима Саровского, мы бы помнили про святых. А про Христа, что Он воскрес, мы бы забыли. Чтобы мы не забыли, что Он воскрес, и что все остальные святы Его святостью. И  Чудотворец Николай, и Святой Серафим, и Блаженная Ксения, и Блаженная Матрона, и Святой Иоанн Кронштадтский, и Преподобная Мария Египетская —  все они святы только потому, что Христос воскрес, грехи прощены, благодать открылась,  и  человеку дано приобщиться к таинству будущего века. Чтоб мы не забыли об этом, нам нужна ежевоскресная, еженедельная пасхальная служба, что, собственно, и совершается. Мы каждое воскресенье совершаем пасхальную службу пасхальным чином, маленьким, но пасхальным. Мы поем: «Воскресение Христово видевше, поклонимся Святому Господу Иисусу». Мы читаем одно из воскресных Евангелий, их всего 11- Матфея, Марка, Луки, Иоанна. У Матфея одно, у Марка два, у Луки три и пять у Иоанна. Мы читаем эти 11 Евангелий постоянно, каждое воскресенье. Мы можем, в принципе  —  никакого греха в этом не вижу — встречать друг друга словами «Христос Воскресе» каждое воскресенье. Почему нет? А чего плохого? Кто запретил? Христос же воскрес, да? «Христос воскресе! Воистину воскресе!», вот тебе и всё. Значит, в воскресенье можно встречаться пасхальным приветствием, даже когда закончится Пятидесятница. Вот сейчас до Вознесения доживем, дай Бог, проводим Христа, возносящего на небо. Потом 10 дней подождем до сошествия Духа святого —  и вроде бы, всё. Раз — и всё потухло, и начинается опять будничная жизнь. Да ничего подобного, никакой будничной жизни не начинается! Мы продолжаем праздновать Пасху. Каждое воскресенье мы празднуем Пасху: «Христос воскресе! Воистину воскресе!». А что это? а вот мы читаем воскресное Евангелие, мы поем: «Воскресение Христово видевше», так чего уж? Это ж Пасха? Пасха. Господня Пасха. Воскресения день, просветимся, людие. Каждое воскресенье — это маленькая Пасха. И если бы меня спросили, что нужно, чтобы наш народ был по — настоящему христианским — я бы ночью проснулся и  сказал: «Нужно, чтобы все крещеные люди в воскресенье всегда были в храме». Каждое воскресенье в храме, все. Чтобы потихонечку выучили службу, полюбили, узнали, пели, читали. И чтобы служба у них отзывалась, резонировала в душах, как святое эхо. Чтобы каждый раз в воскресенье они обновляли в своей душе пасхальную благодать. Так было в истории старого Израиля Ветхого Завета. На первую жертву, которую принесли Богу Аарон и его помощники, сошел небесный огонь, т.е. нечеловеческий огонь. Не тот, для которого нужно было тесать огниво, высекать искры на сухую траву или ещё на какой-нибудь сушняк, чтобы потом это всё раздувать. Прикиньте, как трудно добывать огонь людям, у которых нет спичек и газа, нет жидкостей для быстрого воспламенения. Ничего нет. Они собирают сушняк, траву, хворостину, потом тешут камень об камень, пока какой-нибудь камушек отколется и зажжет. Начнет тлеть трава, раздувают его. Не такой огонь вносили в храм Божий люди, когда приносили Богу жертву. Огонь был небесного происхождения. Я про благодатный огонь смотрел фильм на НТВ, смотрел внимательно. Весь фильм просмотрел. И там еврейский раввин высмеивал благодатный огонь. Что они там, понимаешь, выдумывают, какой-то огонь сошел? Там берет интервью наш журналист. А я слушаю и думаю: подожди, паразит такой. Ты же знаешь из святой Торы, из святого Писания, что на жертву Моисея сходил небесный огонь, т.е. реальный огонь, с реального неба. Что ты сомневаешься? Он говорил: это невозможно, потому что невозможно. Такого не бывает — какой-то огонь с какого-то неба. Подожди, а вот открываем святое Писание, книгу Чисел, как сходил огонь на ваши жертвы? Сходил с неба огонь? Сходил. Мало того, что он сходил, он сходил так, что Господь сказал: «Он однажды сошел, а теперь поддерживайте его». Теперь нужно, чтобы левиты убирали пепел с Алтаря, подносили свежие дрова, что — то уносили, т.е. там был процесс как в доменной печи, там постоянно горит огонь —  он не тухнет. Потухнет —  перестанет функционировать. Возле него постоянно работают люди —  утренняя смена, вечерняя, ночная. И точно также на Алтаре Господнем горел огонь, сошедший с неба. И возле сошедшего с неба огня постоянно работали левиты и священники. Вы это читали? Конечно, читали. Как можно представить себе раввина, который не читал священное Писание? Такого не бывает, они по 10 часов в сутки читают священное Писание, они не расстаются с ним. Читал? Читал. Веришь? Конечно, верю. В чём дело? Почему у вас могло сойти, а у нас не может? Ведь вы же нам передали всю благодать, ведь вы иже её потеряли. А мы ж её забрали. Ведь ваша благодать к нам перешла. Ведь вы отверглись от Праведника, Которого распяли. А мы Его полюбили. Ведь вы убили Невинного, а мы Ему поклоняемся. Ведь вы не поклоняетесь Ему, и знать Его не хотите, и даже имя Его не произносите. А мы — то Его знаем. Как Его зовут, знаем. Как Его Маму зовут, знаем. Поклоняемся Ему и Маме Его, всем ученикам Его приносим молитвы. Почему у вас могло быть, а у нас не может быть? Что абсурдного в этом? Поглядите на НТВ, там целый фильм есть про благодатный огонь и про еврейские сомнения. Нет никаких сомнений, огонь с неба сходит регулярно. Сходил на жертвы отцов: на жертвы Авеля, Самуила, Аарона. Всё это было, всё это есть, до сегодняшнего дня происходит в нашей Церкви. Подтверждает нам правду и святость нашей веры, что Христос действительно воскрес из мертвых. Его в гробу нет, Он живой. Его оклеветали, избили, измучили, оплевали. Его избили и убили. А Он живой. И мы должны ежевоскресно подтверждать веру Христа воскресшего присутствием на Божественной литургии. Я вообще не знаю, как можно быть христианином, не появляясь в храме каждое воскресенье. Я не понимаю, что это за христианство, чтобы я жил неделю за неделей и в храм Божий не ходил по воскресеньям. Ладно, понедельник, среда, четверг, вторник, пятница, понятно. Поехал в командировку, пошел на работу, устал, выспаться хотел, замучили житейские проблемы, но в воскресенье? Как можно быть христианином не ходя в воскресенье храм? Невозможно быть христианином не ходя в воскресенье в храм. Однажды сошел с небес святой огонь. Будьте любезны поддерживать его 52 раза в воскресенье в течение года. Подкладывайте дровишки, уносите пепел, очищайте Алтарь и поддерживайте огонь на Алтаре, чтобы он не погасал. Он не имеет право погаснуть. Я думаю, что наша революция кровавая, сатанинская революция, которая произошла в пределах нашего благословенного Отечества,  имеет в корнях своих главную причину, что люди перестали очищать Алтарь своей христианской верой, дрова не подкладывали, пепел не уносили, молиться перестали, воскресенье оплевали, Христа забыли. И тогда пришли —  кто хочешь, придет, козлорогие на плечи сядут. Кто хочет —  придет, и сегодня такая жизнь. Если мы молиться не будем —  придет, кто хочешь. Мусульмане придут радикальные, атеисты припрутся с разных сторон. Кто хочешь, придет, если ты молиться не будешь. Придут и помыкать будут тобой, и будешь рикшей у кого хочешь. Потому что молитва есть, и жизнь есть. Молитвы нет, и жизни нет. Есть Христос? Есть. Воскрес Христос? Воскрес. Почему ты Ему не поклонишься, не хвалишь, не надеешься, слова Его не читаешь? Почему ты не приходишь в храм, чтобы прославить Его святое имя? Каждое воскресенье, здесь корень нашей жизни. Поэтому пасхальные праздники должны заставить нас вспомнить о простейших и необходимейших вещах. А именно, о том, что нужно в храме быть каждое воскресенье всякому крещеному человеку. Когда вы будет спорить о вере —  а вы, пожалуйста, спорьте о вере. Потому что иногда бывает, кто-то говорит: у меня в родне, в окружении все неверующие. Мне можно с ними разговаривать о вере? Ему в  ответ: да ладно не спорь с ними, без толку все равно. Иногда так, а иногда не так. Говорят: а ну — ка поспорьте с ними, поругайтесь с ними. Иногда нужно поругаться за веру. Почему бы и нет, что нам молчать всю жизнь? Мы что, нанялись молчать всю жизнь о Христе? А давайте про Христа поговорим. О смысле жизни поговорим, о том, что с нами будет, о наших гнилых костях, о полной перспективе отсутствия, если мы во Христа не веруем. На что ты надеешься, человек? Ты, вообще, куда идешь, на что надеешься? Ты же вечно жить не будешь, ты же сам знаешь об этом. А на что надеешься? Надо спорить иногда, даже ругаться иногда за Христа. Христос воскрес. Например, я прихожу домой, у меня такого дома нет, слава Богу. Дома, например, 5-6 человек. Из них 2 верующих, 1 неверующий вообще, а 2 ни туда, ни сюда. Я говорю: Христос воскрес, верующий говорит: Воистину Воскресе, неверующий  — заткнись. А те, которые ни туда, ни сюда, говорят: давайте, не будем сориться. Ну, и что мне с ними делать? Можно, конечно, промолчать, тоже правильно будет. А можно и поругаться.  За Христа можно ругаться. Чего вы молчите? Ладно, с неверующим говорить не о чем. А вы, которые ни туда, ни сюда, вы что шепчете? Веруешь ты или не веруешь? Христос Воскресе, отвечай мне, пожалуйста. Если ты неверующий —  я не знаю, где набраться терпения к тем, которые никакие. Меня вообще не волнуют злодеи, враги Церкви, они не страшны. Враги Церкви — они открытые, хоть сегодня тебя рогами забодают, их видно за километр. А те, которые никакие, отвечай мне: Христос Воскресе, говори: Воистину Воскресе —  всё, давай поцелуемся. А чего ты молчишь? Те, которые молчат —  это самые опасные люди.   Те, которые в ответ на простые слова: Христос Воскресе, молчат. Друзья мои, нас, верующих, миллионы.  Наши храмы реально пустуют от отсутствия в них этих миллионов верующих людей. Храмов огромное количество. Любого попа возьмите, в селе служащего. Вот село, деревня, вот храм и там живет, например, минус дачники, 300 душ. Все крещеные. Помрет кто-нибудь —  точно будут хоронить, на похороны придут. А в воскресенье в храме нет, почему? Вопрос: вы крещеные? Да. Помрете —  будем хоронить? Будем. Почему вас нет в воскресенье в храме? Отвечайте мне. Молчат, не знают. Что вас держит? Поп плохой? Патриарх нехороший? Что в Евангелии непонятно? Что вас держит вообще? Допустим,  священник служит, в любую деревню приезжай. В деревне живет 500 людей, в воскресенье на службе 5 человек. А где ещё 495 человек? Где они? Это что такое, вообще? До каких пор мы будем терпеть отсутствие в Храме крещеных людей? А зачем, мы их крестим в таком случае? А зачем мы крестим людей, которые никогда не ходят на Божью молитву? Зачем мы венчаем людей, которые разводятся через год своей жизни? Пришли, подали заявление, расписались, венчаться идут. Через год приходят развенчиваться. Зачем мы венчаем никому не нужную зелень и сырость? Они не могут жить вместе, они не умеют жить вместе, работать не умеют, терпеть не умеют, молчать не умеют, ничего не умеют. Зачем мы крестим людей, которые не молятся? Зачем мы венчаем тех, кто разводится? Это что ещё такое? Мы что, серьезно договорились, тайный сговор сделали, чтоб нас сгноили всех, со свету сжили другие религии, в том числе Ислам? Сегодня я читал статистику, половина мусульман считают, что в их жизни главную роль играет Бог. Православные христиане —  четверть, 25% по статистике. Это что такое? Это что за христианство, извиняюсь, когда люди считают, что Бог у них не главный, главный «Я». Таланты, связи, деньги и всё остальное, а потом уж там и Господь. Понимаете. Мы что, договорились тайный заговор составить, чтобы нас сжили со свету, выгнали нас вон, больше выгонять некуда? Велика земля, а отступать некуда. Одна Россия осталась, больше бежать некуда. Поэтому воскресенье Христово видевше, поклонимся Господу святому Иисусу. И пожалуйста, всем скажите, раз ты христианин —  в воскресенье, милый человек, будь добр, в храм приди, поклонись Богу живому. Не бойтесь проповедовать Иисуса. Иисуса нужно проповедовать. Кто только будет Его проповедовать? Отец Димитрий Смирнов один на весь мир. Или святейший Патриарх Кирилл? А вы проповедуйте Воскресшего из мертвых. Всякий крещеный человек обязан по совести, не по страху, не по закону, не по опасению уголовного преследования, а по совести, по обрезанному сердцу в воскресенье быть в храме. Почему ты не ходишь в храм, если крещеный? Вот, любого спроси. Поссоришься с ним —  поссорься. Почему за Христа не поссориться? За Христа и поссориться хорошо. Без Христа помириться плохо, как Ирод с Пилатом помирились, когда Христа под стражу взяли. Ирод и Пилат были врагами, а когда Христа начали бить, мучить, издеваться над Ним, надевать на голову колючки и бить по голове палкой —  Ирод и Пилат помирились. Потому что злодеи мирятся, когда про Христа молчат. А когда про Христа говорят —  можно и поссориться. Я, конечно, провокативно говорю эти вещи, может быть, они кому- то не понравятся. Я не обязан всем нравиться, я же не пять тысяч рублей, чтобы всем нравиться. Но я уверен в том, что нужно быть чуть-чуть энергичней. Причем не одному человеку на всю дивизию, и не двум, и не трем, а как можно большему числу людей. Потому что мы не можем, мы, священники, епископы,  охватить своими делами, словами эту всю массу крещеного люда. Нам нужны катехизаторы, благовестники, помощники, редактора, журналисты, люди, которые пишут, издают, проповедуют, помогают нам. Мы без них не можем, нас слишком мало. Вас много, а нас мало. Так давайте проповедовать Христа. А что, собственно, проповедовать? Что Он воскрес, живой. Что Его убили, а Он жив. Его убили, чтобы Он замолк. А Он живет и проповедует. Его убили и спрятали. А Он нашелся, и никуда Его не спрячешь, и не поймаешь Его больше, потому что Он на небе, одесную Отца. Он Церковь создал, и две тысячи лет живет Церковь. Попы всегда были такие —  сякие, разных грехов хватает у людей. Сребролюбие, чванство, гордость, жадность —  а Церковь живет, она существует и Христа проповедует. И никуда ты её не денешь, и рот не закроешь, она проповедует. Об этом нужно говорить. И каждый крещеный человек должен быть 52 раза в году в Церкви как минимум каждое воскресенье. Об этом тоже нужно говорить. Сегодняшний воскресный день, а сейчас воскресные дни, Светлая пятница, переходящая в Светлую субботу. Я, пользуясь случаем, говорю о том, что, пожалуйста, приложите руку к этому. Пусть мама скажет детям: дети, идите в Церковь. Пусть муж скажет жене: милая, иди в храм. Пусть жена скажет мужу: дорогой, иди в храм. Пусть друг другу скажет: брат, я люблю тебя, иди в храм. Скажите людям своим, чтобы они в храм шли, чтобы в воскресенье все были в Церкви. Потому что нельзя не молиться крещеным людям.

Телефонный звонок: — Дорогой батюшка, от всех нас вам земной поклон. Христос Воскресе!

Телефонный звонок: — Христос Воскресе! Отец Андрей, я тоже вам очень благодарна. И вы не представляете даже, как вы по теме сегодня предварили прием наших звонков. Дело в том, что я —  казачка по рождению. Вы как-то говорили, что если что и нападет на Россию, так уж ИГИЛ не так страшен, как неоязычники. Принимает неоязычество страшные формы, и, что самое страшное — этим страдают именно крещеные люди. Говорю от имени знающего человека, потому что у меня подворье деда казака, мельника было, он умер. В общем, там своя история с казаками, и красные и белые были. Но наша родовая икона, сейчас в газетах написали, что род наш был 200 лет назад один из первых, кто поселился там, когда Марк Родионов создавал эту станицу. И я, в память о том, что икона родовая, её спасла, привезла. Она была поругана. Выколоты глазки, Господи помилуй, шея разрезана, написана всякая брехня. И мне даже батюшка не дал реставрировать ее, сказал: «Сколько приняла!», сказал, что она благодатная. Она у меня стоит, она у меня выложена, к ней народ выстраивается. И племенник мой крещеный, окрестил детей, я думаю, что он достойный будет человек, которому можно  ее  передать. И я старалась, как могла, помогала. И вижу, как он пашет, золотые руки, всё восстанавливал. 10 дней назад я ездила в Старочеркасск, к  иеросхимонаху Виталию. Спрашивала, у него можно поминать того несчастного, который с этой иконой сделал, который в муках полтора года умирал,  и никакие призывы покаяться не действовали. Выводов не сделал. Значит, икона — это был один стресс, шок. На Вербное я привезла веточки из ростовского кафедрального собора. На колени пала, там у нас бабушка лежит в саду похороненная, и мельница была. Я всё помню, что мама рассказывала. Но корни мои там, я их чувствую. Я воцерковлена, я все время зову моих родных. Храм восстановили. Короче говоря, этот деятель  заявляет мне таким тоном: а что вы православные делаете, почему такая ситуация в стране? Я сначала даже не поняла. Потом мама его говорила о книге «Ратибор». И вдруг   догадалась, что он ушел в неоязычники, а с другой стороны  — в Новочеркасске военным является. И они ушли из православия. И вот вы говорите: надо им врезать, я врезала, как могла. Он эти веточки мои назвал веником. Говорит: «Я сейчас в машину брошу этот веник, потому что маме хотел завезти». Я не дала над этим издеваться, я сказала ему всё, что думала. Я врезала, и буду врезать.

О.Андрей Ткачёв: — Молодец!

Телефонный звонок: — Одна зашла, трое зашли, все с накрашенными красным губами, я сказала, что нельзя ходить в храм в таком виде. А все сидят, молчат. Я говорю: но вы же на вечеринку пришли! Нельзя их пропускать, нужно что-то делать. Скажите, что вы думаете о неоязычестве, я вас прошу.

О.Андрей Ткачёв: — Я думаю, что неоязычество нужно разделить с накрашенными губами однозначно. Если девица зашла с накрашенными губами —  не трогайте её. Пусть человек зайдет в храм, и пусть его коснётся благодать Божия. А неоязычество —  это, конечно, опасность, это реванш сатаны над тем, что сделал князь  Владимир на Руси в конце Х века. Владимир Русь крестил, а лукавый ему этого не простил. И сегодня есть реальные попытки со стороны наших злейших друзей из-за океана, которые готовят предпосылки, чтобы воскресить на Руси язычество. Там есть три опасных вещи. Это любовь к природе —  в язычество утекают всякие природолюбцы, у которых экологическое мышление. Потом антисемиты, т.е. антижидовствующие  — это все, те которые на евреев поливают грязь с утра до вечера, они тоже рискуют попасть в зону риска, в антисемитизм, в язычество. Значит экологическое движение, антисемитизм и еще патриотизм. Типа: наши боги, наша Русь, всё наше. Вот тебе патриотизм, антисемитизм, экологизм. Вот тебе такие основания  язычества. Мол, всё ваше христианство, Господь ваш — все еврейское. Это страшная опасность для всей нашей земли и для всего нашего народа. Потому что это лжеистина, это хула на истину, и это кровавая хула. Потому что язычники это вам не баптисты, извините, они кровушки хотят. С баптистом можно про веру спорить, Писание читать. А с язычником — пардоньте, язычник кровушки хочет, он с топориком бегать желает. Поэтому это всё очень опасно. Страна Пиндосия это всё придумала для нас —  а наши болваны всё это некритично впитывают. Мы имеем со всем этим проблемы. Поэтому надо бороться. Против ложной веры надо бороться верой истинной, против слова лживого нужно бороться словом истины. Слово «истина» — это единственное оружие в данном вопросе. Так что те, кто сильные антисемиты, сильные любители природы и сильные патриоты  — имейте в виду, что если в этом не будет христианства, то вам угрожает уклон в язычество. Только этого наш рогатый враг и ждет. Без христианства ни любовь к природе, ни к родине, никакие другие вдохновляющие призывы не могут быть спасительными. Это всё будет вредоносное и гнилое. Только христианство как важнейший компонент освящает всё остальное. Будьте внимательны.

Телефонный звонок: — Здравствуйте. Меня зовут Александр. У меня есть такое жизнерадостное четверостишье, я его давно прочел, но не могу понять толком: «Жизнь есть небес мгновенный дар; Устрой ее себе к покою и с чистою твоей душою благословляй судьбы удар». Как это понять? Вроде жизнерадостно, все хорошо, а мне что — то непонятно.

О.Андрей Ткачёв: — Благословляете удары судьбы, ну а как без ударов судьбы? От них никуда не денешься. Это большое мужество, конечно, благословлять удары судьбы. От ударов хочется бежать, что  их благословлять? А тут благословлять, чтоб был удар. Это правильные слова, это слова христианского мыслителя.  А то, знаете, мелкие удары примешь, ноготь защемишь в дверях —  это ерунда, говорит, слава тебе Господи, ноготь защемил. А вот когда, например, ребенок заболеет —  тут уже тяжелее. А тоже нужно говорить: слава Тебе, Господи, Твоя воля, Твоя мудрость, я в Тебя верую, Ты правишь миром. Заболело дитё —  Господи, дай ему здоровье, дай терпение. Благословен еси Господи, научи меня оправданиям твоим. Например, сам ты заболел, и уже на тебя могила дышит. А здесь как говорят? Благословен еси Господи, умирать придется. А все равно я буду благословлять, и умирать буду, и благословлять Тебя буду. Вот,  благословляй судьбы удар. Это, конечно, великая вещь благословлять Господа на всякое время. Что скажешь, только нужно учиться, что мне, что вам, что тому покойному поэту. Всем нам нужно этому учиться. Вот когда будем умирать, мы же тоже должны будем сказать: «Господи, благословен Ты, и праведен Ты, и Ты прав. Мы не правы, а Ты прав. И всё правильно Ты сделал. И хороший Ты, и слава Тебе. Прости меня, забирай мою душу». Что — то такое нужно сказать Богу, понимаете. А так вот верил – верил, например, потом смерть пришла —  и начал психовать. Вот,  не хочу, не буду, почему мне, почему сейчас, я не готов и т.д. И что? Вроде бы верил, молился. А цена твоих молитв какова? Поэтому благословляй судьбы удар, я согласен с этим поэтом, он правильно говорит «Имей покой в душе и принимай небесный дар, благословляй судьбы удар». Если двинет тебя Господь слева, подставь Ему правую щеку и скажи: слава тебе, Господи! Ну, а что делать? Так надо делать, а куда денешься?

Телефонный звонок: — Христос Воскресе, батюшка. Я вот хотела привести из газеты «Крестовский мост» слова нашего русского на Афоне архимандрита Иеремии. Когда приехал на Афон архиепископ Запорожский и Мелитопольский, он сказал: паломники из Украины часто спрашивают нас, за что нам это, и когда наступит мир на Украине? Афонский старец на это ответил: «Равнодушное отношение  к вере, клевета на Церковь, уклонение некоторых в раскол, поклонение благополучию, деньгам и развлечениям — вот причины нестроений на Украине,  которые попустил совершиться Бог». Спаси Господи.

О.Андрей Ткачёв: — Проблемы, которые высказаны — внимание всем! Поклонение деньгам и комфорту, хула на Церковь или согласие с хулой на Церковь, формализм в отношении к вере, т.е. формальная вера. Совершенно верно, я полностью согласен, с тем, что именно эта питательная среда, этот бульон  рождает драконов. Формализм в вере, поклонение комфорту, любовь к деньгам, согласие с хулой на Церковь  — вот что мы видим вообще, на Украине это цветет буйным цветом. И Росси тоже таких людей миллионы: формалисты, молчаливые согласители с хулой на Христа и Церковь, сребролюбцы, любители комфорта, т.е. Бог у них не Христос, а комфорт – что едим, что пьем, во что оденемся. Абсолютно верные слова, слова духоносного человека. Я слышу в этих словах голос Духа святаго. Это правда. Соответственно, раз диагноз поставлен, значит, есть болезнь. Можно лечить болезнь. За Церковь нужно бороться, к вере нужно формально не относиться, нужно горячо, искренне к ней относиться. Не позволять ругать, хулить Христа и Церковь. Можете со всеми мириться, целуйте всех, куда хотите, но когда при вас Церковь и Христа хулят —  вступайте в спор и воюйте, с кем хотите. Хоть с родным мужем, хоть с женой, хоть с мамой, хоть с тещей, с кем хотите. За Церковь надо воевать. Нельзя, чтобы имя Христово, Христа поносили, как собака в зубах тряпку. Формализма в вере не должно быть. Я верую, что Господь свят, что ты при мне моего Господа поносишь? За это и подраться можно, извиняюсь. Драться вас не зову, но ругаться зову. Спорьте, защищайте и не поклоняйтесь комфорту, поменьше комфорта. Пешком по лестнице без лифта, холодный душ вместо горячего, сухари вместо котлет и т.д. Деньги — это не Бог. Большинство людей считают, что деньги — это Бог. Втайне от сердца они так считают. Они так языком так не говорят, конечно. Но   в сердце у них,  в злодейском сердце, прелюбодейном сердце они считают, что деньги — это Бог. Деньги — не Бог, Бог — это Христос. А деньги — это просто деньги. Они Богом быть не должны, и не могут, и не будут, и не имейте их за таковые. Деньги — это просто инструмент, это рычаг, отнюдь не весь механизм. Всё, что вы сказали, что я запомнил —  поклонение комфорту, деньги, хула на Церковь и холодное отношение к вере, такое  обрядоверие. Вот тебе и бомба на голову, вот и бомбят тебя с утра до вечера. За что? Вот за это всё. А эти, которые бомбят, они что, лучше? Нет, не лучше. А почему их не бомбят? Их пока не бомбят. Завтра их будут бомбить. Бомбить будут всех, кто относится к Богу, как к Чарли Чаплину, кто не хочет молиться, кто верит в золотого тельца. Чтобы этого не было —  покаяние, молитва, вера, милостыня. А иначе  — всем конец. И по ту сторону границы, и по эту, и на север и на юг, на запад и восток. Рано или поздно нас всех Господь за шиворот возьмёт так, что будет мало места всем. Поэтому деньги — не Бог. Деньгами нужно делиться, в Церковь нужно ходить, Бога любить и за Бога иногда нужно поссориться с кем то. Нужно разговаривать о Боге серьезно, Он серьезный. Пока есть время  — за Него нужно сражаться.

Телефонный звонок: — Батюшка, Христос Воскресе. Я вас хочу поблагодарить. Я первый раз слышу, что 52 раза в год мы должны быть в храме. Сколько я ходила в храм —  никто никогда так не говорил, как говорите вы. Может быть, хвалить нельзя, и вы не любите, но я хочу сказать, как вы нас учите. Насколько я вам благодарна, сколько я вас слышу, я в первый раз разговариваю с вами. Я учитель, но я стара уже, я не могу так говорить, даже своим детям, внукам, я не умею сказать. Потому что мы дети войны. Никто нас не учил. А когда мы заходим в храм —  батюшки ведут службу высоким слогом. Мы стоим, как бараны. Я когда первый раз зашла  — «Херувимскую» поют, а я повернулась спиной к Алтарю и выхожу. Меня одна бабушка, как толкнула в грудь: «Куда идешь? Корова, повернись, «Херувимскую» поют». Я встала, я не обижалась никогда, что бабушки иногда грубо могут сказать. Дальше, батюшка причащает людей, а я спрашиваю «Что это батюшка им кладет в рот?». Они говорят: это причастие. И долго не понимала, как это, и нужно ли мне это делать. Я воспитывала пять детей одна, муж у меня умер. Работа, работа, работа, выскачешь в храм, стоишь —  и ничего не понимаешь. И вот сегодня, сейчас вы настолько растолковали! Я надеюсь, все люди слушают, как вам они все благодарны. Дай Бог вам здоровья! Ведь вы научили, я молюсь, становлюсь на колени, как могу и прошу: жатвы много, а делателей мало, Господи.

О.Андрей Ткачёв: — Милая моя, спасибо вам большое. Вы меня очень ободрили. Потому что я каждое утро просыпаюсь с желанием больше никогда не приходить на радио «Радонеж», я устал. Но ваши звонки, слова заставляют меня бодриться. И я думаю так: отец Андрей, хочешь —  не хочешь, а идти надо, потому что дело общее. Спасибо. Хвалить меня незачем, в принципе не за что, но работать нужно. И ваши молитвы, это все то, что потом к Богу на небо пойдет, это всё дорогого стоит, оно очень дорогое всё. Господи, какое оно дорогое! Нет ничего дороже, чем молитва Богу от чистого сердца.

Телефонный звонок: — Христос Воскресе. Людмила из Выхино, Москва. Хотела бы поделиться радостью. Год назад  или чуть больше я звонила по поводу сбора подписей о строительстве храма у нас, в  Выхино. Я хочу поделиться радостью, что храм у нас построили. В Великую Субботу было освящение храма, в Выхино теперь будет храм Покрова. И состоялась уже ночная пасхальная служба. И теперь по субботам и воскресеньям у нас будут службы. Храм маленький, но такая большая радость.

О.Андрей Ткачёв: — Маленький храм, а радость большая. Храм может быть небольшой, а радости в нём так много! Мы вас поздравляем, всех жителей Выхино. И думаем, что если там Литургия будет постоянно служиться, и народ прикормится, притянется к молитве, к воскресному дню — то, со временем, возникнет необходимость его расширить, как бы построить другой храм, может, более фундаментальный. Вы пока что построили деревянный. А потом —  глядишь, там уже и каменный появится. Вообще это гениально, когда строятся новые храмы! Рождение ребенка не такое великое чудо, как создание нового храма. Хотя рождение ребенка —  это рождение нового космоса. Но когда храм создается —  это ещё больше, чем рождение ребенка. Здесь не просто любовь мужа и жены, здесь не просто таинство вынашивания и рождения. Здесь вообще на веки веков создается место для благодарения Богу, молитв, для чтения Писания, для того, чтобы кающейся утешился, а радующейся укрепился. Прекрасно, я поздравляю всё ваше Выхино и желаю, чтобы у вас как можно больше было храмов, как грибов после дождя. Впрочем, я всем этого желаю.

Телефонный звонок: — Батюшка, здравствуйте. Хотел так же присоединиться к тем, кто благодарит вас за ваши проповеди. Но вы же сами это чувствуете! Я вас хотел ещё больше призвать к тому, чтобы вы продолжали вашу деятельность. И такие как вы, как отцы Димитрий Смирнов, Олег Стеняев, Артемий Владимиров. А больше особо и некого перечислить. К сожалению, есть еще и много пустых передач на Радонеже. Вот, бабушка, мне ровесница, учительница, она  правильно сказала. Действительно, стоишь, как баран иногда. А батюшка  — как надутый петух, что — то такое высокое громко изъясняет. И результат, конечно, тяжелый. Я понимаю,  осуждать плохо, я не хотел никого осуждать. Наверное, каждый делает в меру своих сил. Но, тем не менее, вы — то с отцами Димитрием Смирновым, Олегом Стеняевым, да и с Артемием Владимировым выделяетесь же ясно и четко, логично и достаточно жестко. А почему остальные как – то не так?

О.Андрей Ткачёв: — Вы знаете, так не хочется выделяться! Так хочется стать в строй. И спрятаться иногда даже хочется, потому что устает душа, и не хочется, как называется —  выпендриваться. Потому что многие думают, а что ты выпендриваешься, как бы —  спрячься. А на самом деле с другой стороны совесть говорит, ну давай, вставай, работай, надо ж работать. И поэтому тут находишься между молотом и наковальней. Спасибо вот этой женщине, которую вы назвали своей сверстницей, ровесницей, которая вспомнила, что я попросил когда-то, напоминая Евангелие от Луки: «Молитесь Господину жатвы, чтобы вывел делателей на жатву Свою». Так хочется, чтобы Господь вывел сотню таких говорливых, неугомонных, ярких, интересных, искристых священников, у которых бы вообще запомнили все эфиры, чтобы у всех челюсть отпала. Чтоб мы могли, чтоб отец Димитрий Смирнов мог сказать: «Ну, слава Богу, я могу отдыхать». И отец Артемий Владимиров тоже так мог сказать, и отец Олег Стеняев и я, тоже бы присосединился, сказали бы: ну всё, мы пошли отдыхать, а вы давайте вперед. Поэтому нам нужно поднимать новую поросль, ярких, серьезных, сильных, умных, искристых, небезразличных праведников. И когда их будет человек сто —  даст Бог, через года 2-3 мы скажем: до свиданья. До свиданья, мой  маленький миша, возвращайся в свой сказочный лес.

FavoriteLoadingДобавить в избранные публикации