2265 БЕСЕДА НА РАДИО «РАДОНЕЖ». АПОСТОЛ И ЕВАНГЕЛИСТ МАТФЕЙ. [28.11.2014]

A A A

Эфир от 28.11.2014 21:00

В прямом эфире радио «Радонеж»  протоиерей Андрей Ткачёв.

Сегодня я буду говорить с вами об апостоле Матфее, о Священном Писании, о нашей с вами христианской жизни, о том, какова она, и какой должна быть.

В своём Евангелии, в десятой главе апостол Матфей называет себя в числе двенадцати учеников: «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь…. Двенадцати же Апостолов имена суть сии: первый Симон, называемый Петром, и Андрей, брат его; Иаков Зеведеев и Иоанн, брат его; Филипп и Варфоломей, Фома и Матфей мытарь, Иаков Алфеев и Леввей, прозванный Фаддеем, Симон Кананит и Иуда Искариот, который и предал Его».

Итак, в четвёртой паре, вместе с Фомой, Матфей поставляет себя, называет себя мытарём, сборщиком податей, кем он и был. И это очень важная ремарка, поскольку написана его собственной рукой. Как вы наверняка многократно слышали, мытари, сборщики податей, были нелюбимы среди еврейского народа. Они были презираемы за сотрудничество  с оккупантами и захватчиками —  римскими правителями, римской администрацией. Ну, и конечно, были нелюбимы за то, что они в корыстных целях использовали своё положение  — собирая деньги на римскую казну, и себя не забывали. Больше профессии здесь не перечисляются. Матфей не пишет, что имена Апостолов суть сии: первый Симон, называемый Петром, был рыбак. Андрей, брат его, тоже рыбак. И Иаков Заведеев и Иоанн, брат его, тоже рыбаки, сыновья Заведея. Т.е. здесь не указывается их рыбарское ремесло до того,  как они стали ловцами человеков. А себя единственного он поставляет «Матфей мытарь». Поскольку мытарь —  человек нелюбимый, мягко говоря, и не уважаемый, Матфей сам о себе не скрывает этого и поставляет это. Мы видим в этом знак особого умонастроения. Т.е. человек проявляет глубокое смиренномудрие. Не таясь, называет себя этим, так же, как потом Павел, рассказывает всем, как он был гонитель церкви Божией: «я не достоин называться апостолом меньше всех апостолов». И Матфей, говоря о себе, кем он был до призвания, от ящика с деньгами на римского Кесаря пришёл на ловитву Божию. Апостол Матфей, спустя восемь лет, как говорит церковная история, написал своё Евангелие. Вначале на еврейском языке. И как гласит церковная история, он же и перевёл его на греческий язык. Будем верить преданию, подвергать его сомнению нет смысла, потому что, очевидно, так оно и было. Восемь лет  — большой срок. Очень большой срок жила церковь, не имея ни единой новозаветной книги. Там, где апостолы говорят о Писании, они имеют в  виду Ветхий Завет. Т.е., допустим, Павел пишет Тимофею: «Хорошо, что ты с детства знаешь Священные Писания, могущие тебя умудрить во спасение». Под Писанием, конечно, он понимает Ветхий Завет. Или в послании к Коринфянам напоминает, что Христос умер за грехи наши по Писаниям, и воскрес из мёртвых в третий день по Писаниям. Под Писанием он понимает Священные тексты Ветхого Завета. Т.е. Новозаветные книги возникли сравнительно поздно. И как минимум восемь лет, до написания Евангелия от Матфея, церковь жила, не имея никакого Новозаветного текста. Это очень важная вещь. Т.е. церковь живёт иногда и помимо книги. Или, по крайней мере, помимо Новозаветной книги. Старозаветную книгу она может читать, понимая в ней всё, что написано. В Духе Святом смысл Ветхого Завета должен открываться человеку. Упражнения в чтении Священного Писания Ветхого Завета показывают, насколько человек духовен, насколько он понимает промысел Божий, насколько близко ему вообще Слово Божие, и насколько он может понять всё, что Дух говорит церквам. Чтение Ветхого Завета  — это пробный камень, т. е. в Духе человек или нет, понимает он то, что читает, или нет. Помните, в книге Деяний, евнух царицы Эфиопской ехал и читал Исаию, ничего не понимая. И Филипп, диакон, приступил к нему: понимаешь ли, что читаешь? Он говорит: как могу понять, если мне никто не объяснит? И Филипп от того места, где он читал (Исайя, 53 глава) начал благовествовать ему Господа Иисуса. Т.е. он читал, не понимая. Проверяйте себя время от времени. Берите наугад какую-нибудь книгу Ветхого Завета и попытайтесь читать её, пытайтесь понять, что во Христе должно быть понятно нам из этих Писаний, что открывает нам Бог через эти священные буквы. Если вам ничего не понятно, то это знак того, что нужно трудиться и упражняться. Ну, и конечно, нужно читать Новый Завет. С него и начинать надо, потому что благодать открывается от силы в силу через написание Нового Завета. Ну и вообще, в День памяти какого-нибудь из священных писателей, например, Матфея или Луки, или Иоанна Богослова, или апостола Петра (у него есть в писании два соборных послания), или апостола Иуды (не Искариотского), брата Господня, или Иакова, или ветхозаветных писателей, Моисея, например, или Давида. Очень хорошо было бы взять себе за правило почтить память священного писателя чтением его книги в тот день, когда он поминается Церковью. Завтра, например, память Матфея. Не все смогут быть в храме Божием. Кто-то работает, милиционер, доктор идёт на дежурство, пилот будет управлять самолётом, машинист тепловоза будет вести тепловоз. Не каждый человек может прийти в храм, даже те, кто хотят. Как нам почтить святого евангелиста и ученика Господня, единого от двенадцати? Можно почитать в этот день Евангелие от Матфея. Таким образом, мы почтим святого Апостола и евангелиста, память которого совершается церковью. Мы прочитаем часть его книги, которая сохраняется в церкви и почитается как драгоценность. И потом, когда будет память  евангелиста Иоанна Богослова, или память Моисея, или память пророка Амоса, или Осии, или Исаии, или Иеремии, прекрасно было бы, если бы мы привыкли в день памяти этих святых находить их книги и читать их. В храме они должны читаться в виде паремий. Проповедовать нужно о жизни этих святых писателей и о смысле книг, которые они написали, и мы сами должны обязательно приклонить своё ухо к тем живым словам, которые они оставили нам на страницах Священного Писания. Я предлагаю вам сверять свою жизнь с церковным календарём. Находя в церковном календаре память святых писателей, сохранивших свои имена и письмена в Библии под видом различных книг, читать эти книги в день их памяти. Это было бы очень хорошо.

У нас в сознании верующих людей существует серьёзная прореха, прогалина. Многие люди не читают Писания, не знают его. Мы, собственно, и грешим часто, потому что не знаем Писаний. Святой Иоанн Златоуст говорил, что все грехи в мире происходят от незнания Писаний. Он очень правильно говорит. Конечно, есть люди, которые хорошо знают Писание, но грешить не перестают. Тем не менее, есть огромное количество людей, которые грешат по невежеству. Как помните, в одной из молитв Иоанна Златоуста: «избави меня от неведения, забвения, малодушия и окамененного нечувствия». Неведение —  это первая болезнь. Т.е. человек грешит, не зная, что нельзя. Он какие-то вещи делает, не справляясь с Законом Божьим, со Словом Божьим, не знает, что это —  запретное, ненужное, скверное, запрещённое Богом. Потом, если он знает —  может забыть. Мы часто грешим, потому что забываем. Потом, когда согрешишь —  вспомнишь, думаешь: Боже, ну как же я был столь безумен, что я забыл такие элементарные вещи! Взял, согрешил, как будто бы забыл, что есть Бог. Неведение, забвение, малодушие, уныние…. Когда человек грешит от усталости, от уныния, опустивши руки, перестаёт бороться —  тогда уже совершаются грехи по малодушию. Малодушие —  это синоним уныния. И «окамененное нечувствие», когда сердце похоже на камень, или как говорит святитель Феофан Затворник, на неструганную деревяшку. Когда сердце бесчувственно к добру. Оно в груди разве что только бьётся, сжимается и разжимается как голая мышца, но не чувствует ничего духовного. И тогда человеку трудно жить духовно, потому что сердце — двигатель духовной жизни. Такие опасности подстерегают человека. Но первая из них —  неведение. Т.е. грехи невежества. Священники должны знать, они часто говорят в своих молитвах: «прости, Господи, грехи наши и грехи людского неведения». Потому что народ часто грешит именно из-за того, что он  не научен, не наставлен, не наказан. По-славянски не наказанный, значит не наученный. «Наказание Господне то мя научит, наказание Господне исправит мя в конец». Это именно назидание. Поэтому примите как братский, дружеский совет, приклонить своё ухо к Священным книгам в те дни, когда празднуется память тех или иных священных писателей.

Мы сегодня отслужили вечерню. Я приехал в студию из храма. Мы говорили с людьми о Божественных книгах. И я хочу перечислить вам несколько парадоксальных ситуаций, которые совершились в истории, которые я собрал воедино. Ну, во-первых, недавно прочитал у о. Валериана Кречетова в книжке о покаянии такой пример. Он говорит, что в советское время пришёл молодой человек на экзамены в семинарию, это было в Троице-Сергиевой Лавре. Он должен был сдать экзамены. А что требуется от семинариста при поступлении? Знать тропари всех праздников, знать утренние и вечерние молитвы, знать евангельскую историю бегло и подробно, катехизис, какие-то ещё вопросы, знать немножко устав Богослужения, и т. д. Он говорит: «Я ничего этого вообще не знаю». Ему говорят: «А что же ты знаешь, что ты пришёл?» — «Я верю в Господа Иисуса Христа» — «А что ты знаешь?» Он говорит: «Я знаю вот что: «В начале было Слово, Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было вначале у Бога, всё через Него начало быть, без Него ничего не начало быть, что начало быть…» И так далее. Т.е. читает наизусть всю первую главу Евангелия от Иоанна. Говорит: «Вот это я знаю». Они говорят: «Откуда ты это взял, если  ты ничего больше не знаешь, знаешь только это?». Он говорит: «А я однажды стоял на остановке, и ветер принёс к моим ногам обрывок бумаги, я его поднял, это был вырванный лист из Евангелия». Каким-то чудом, промыслом или безобразием каким-то человеческим, оказавшийся под ногами людей и носимый ветром по мостовой вместе с прочим мусором, этот драгоценный кусочек Евангелия летал, летал и прилетел к его ногам. Он говорит: «Поднял эту бумажку, поднёс её к лицу, к глазам, начал читать —  и вдруг она меня поразила, пронзила насквозь». Эти простые и понятные слова. Про это Слово, которое было у Бога, которое было Бог и т. д. «И вот я начал читать его. Прочёл его раз, прочёл два, прочёл три, и оно мне так понравилось, — говорит, — оно такое сладкое было в устах моих, это Слово, я его выучил наизусть. Вот это я знаю». Ну и конечно, все пришли в умиление, все удивились, умилились, и смахнули слезу. И взяли его в семинарию. «Всё остальное ты выучишь потом.  Потому что, собственно, самое главное ты знаешь. Т.е. ты любишь Господа, и Господь тебе так удивительно открылся». Представляете, какое оно удивительное, это Слово Божие! Вот так,  почти что в газетном обрывке, оно способно остановить человека и дать ему жизнь.

Потом интереснейший пример вот такой. Я когда-то, помню, читал, есть такая литературный критик Ирина Роднянская, не помню её отчества. Очень интересная. Она, мне кажется, женщина уже почтенных лет. Специалист по русской литературе современной, критик, хорошо знает творчество Битова.  Она говорила как-то, что мы учились в атеистической, так сказать, школе. В атеистической высшей школе учились в советские годы чему-нибудь и как-нибудь. И однажды, изучая переписку Гоголя с Белинским —  а многие из вас наверняка учили это в школе —  когда Гоголь Белинскому одно, а Белинский ему  другое. Мол, вы — проповедник кнута и деспотизма, оставьте в покое вашего Иисуса, Иисус тут ни при чём, ваша церковь защищает монархию, и т. д. Переписка Белинского с Гоголем — это был политический памфлет, по сути. Она говорит: «Мы это изучаем, всё это читаем, но как только я натыкаюсь на имя Иисуса Христа, даже у Белинского, который критикует и Гоголя, и Христа и всё на свете, — она говорит, — так становится сладко мне читать. Почему-то даже в устах этого неистового Виссариона, этого атеиста, известного критика, и вместе с тем человека, как бы отказавшегося от христианства, когда я читаю имя Иисуса Христа —  вот, сладко мне». Это была первая встреча со сладостью имени Господа Иисуса Христа, которое было повторяемо человеком, не верящим в божественность Господа и приводящим это святое имя в жару полемики. Понимаете, как это интересно!

Вот у нас сейчас всё открыто, книжки продаются, храмы открыты, но голода по Иисусу, жажды Иисуса, стремления к Нему как бы не хватает. Люди перекормлены информацией, и у них часто нет этого божественного голода. А голод —  это признак здоровья. Когда человек болен, он ничего не ест, а когда человек здоров, он хочет кушать. И вкусна ему любая пища. Есть такая английская пословица: «голод — лучшая приправа». Что бы ты ни съел на голодный желудок, порылся в холодильнике, что-нибудь доел, нашёл там старое что-то, хлебушка кусочек —  и всё вкусно изголодавшемуся здоровому человеку. Вот такой же голод должен быть в отношении Господа Иисуса Христа, Его Святого имени, Его слов. И нельзя по отношению к Христу вести себя как перекормленный ребёнок, который вредничает: «дайте мне это, а это я не хочу, я сладенького хочу, горького не хочу, хлебушка не хочу, хочу булочку, шоколадочку». У нас сегодня существует эта духовная перекормленность, и мы должны наблюдать за собой, чтобы нам хотелось произносить имя Господа, слушать о Господе, читать о Господе, думать о Господе. Это явный признак здоровой души человеческой.

Ирина Роднянская подметила ещё одну интересную вещь. Вы, наверное, помните, когда-то мы говорили об этом, но кто-то услышит это впервые. Была в советские времена атеистическая полемическая литература, когда высмеивалось Евангелие, т. е. такой неравноценный спор: Евангелие в руки никому не давали, его купить было нельзя, а критику на Евангелие («Забавное Евангелие»,  например), всякие памфлеты и пасквили на Господа Бога были на каждом шагу. Было целое направление атеистической литературы. И вот, если бы какой-нибудь ветреник, шутник захотел бы посмеяться над Господом, ему всё равно пришлось бы процитировать из Библии. «Вот, Библия говорит, — и приводит какую-то цитату, — представляете, какое мракобесие!». И начинает эту цитату громить и обсмеивать. Были люди, которые специально покупали эту атеистическую литературу, бережно вырезали из неё цитаты из Священного Писания, потому что эти книги больше нигде не найдёшь, и вклеивали эти вырезки в специальные тетрадочки. И у них получались толстенькие самодельные книжки, цитатнички со святыми словами из Библейских книг. Вырезанными из книг по атеизму, в которых эти святые слова подвергаются недобросовестной критике. Умилительно было брать в руки эти книжки. Смотреть без слёз невозможно, потому что в те времена, когда Библии нет, когда её не достать и не купить, люди спасались вот таким образом и берегли Божьи слова, вырезая их как сокровище из этих грязных книг. Часто глупых, тенденциозных, нечестно написанных. Для того, чтобы насладиться Божественными словами, возвращенными из плена. Вот такой был голод слышания слов Господних. Это, кажется, у пророка Амоса говорится, что придет время, когда настанет на Земле особый голод, не хлеба и воды, но голод слышания слов Господних. И вы знаете, люди проявляли себя как боголюбцы, терпеливые и бескровные мученики, когда они жили в этих условиях и искали Господа. Всяким доступным образом, в тишине и тайне. Не афишируя себя, но всячески по крошечкам подбирая всё святое. Как эта бедная хананеянка, когда пришла к Господу: «Помоги мне». Он говорит: «Нехорошо забрать хлеб у детей и бросить псам». — «Да, Господи, но ведь и псы едят крохи, слизывают под столом у господ своих». И Христос, удивившись, сказал: «О, женщина, велика вера твоя, пусть будет тебе по просьбе твоей». И исцелил дочь её в тот же час. Вот представляете, пёс, лижущий крохи под столом. Это трогательный образ человека, который смиренно подбирает крошки Божественных знаний в те времена, когда знания закрыты. И мы сегодня с вами, когда всё уже вроде бы открыто, всё доступно, всё есть, должны иметь некий Божественный голод, чтобы насыщаться этой простой пищей Божиих слов, которая питает нас, как манна питала евреев в пустыне.

И ещё одно расскажу вам интересное и ужасное, чудесное и страшное. Это описывается у Лескова, в одном из его рассказов. Он написал много всякого. Лесков  — это  растревоженная душа, вечный правдолюбец, вечный правдоискатель. На последнем этапе своей жизни он был не очень в ладах с Православной Церковью, что конечно не может не печалить. Искал правду то у старообрядцев, то у сектантов, то у протестантов. Ну, это вопрос Божий, вопрос его совести и отношения к этому Господа Бога. Но при этом он написал много интересных, парадоксальных вещей, таких, ищущих. Вот у него описывается такая зарисовка. Дело происходит во Франции. Он наблюдает, как библейский книгоноша раздаёт бесплатно Библии или Евангелия рабочим, выходящим с фабрики. А они к тому времени уже были поражены социализмом. Западные рабочие массово стремились уже к построению социалистического безрелигиозного общества. Там этого всего тоже полно было. И вот рабочие с фабрики идут, насмехаются над этим раздавателем духовной литературы. А один говорит: «Давай мне эту книжку, сейчас будет обед, после обеда, если в туалет пойду —  воспользуюсь твоей этой книжкой». А он ему даёт всё равно эту книгу. И Лесков его спрашивает: «Зачем вы даёте святую книгу этим бессовестным атеистам, хулителям святого имени? Не смейте, согрешаете!» На что ему этот книгоноша отвечает: «Я не боюсь, потому что сам впервые прочитал Евангелие в подлом месте, в отхожем месте. Это было для меня откровение. Я был совершенно неверующий человек и относился к Библии, как они сейчас. Я мог скрутить из библейской странички самокрутку и выкурить папиросу. И вот однажды я пошёл в уборную, и там при оправлении  естественных надобностей на стене увидел нанизанный на гвоздь лист из Библии. Представляете? Это был первый лист из Библии, который я прочёл. Находясь в туалете. И у меня потекли слёзы, меня объял страх, и я снял с гвоздя этот растерзанный, униженный лист святых слов и вышел с ним с этого отхожего места. Это было моё обращение. Я тогда расплакался. Это были первые слова о Христе, которые я прочёл. Вот так меня обратил Господь. Поэтому я ничего не боюсь. Я знаю, что Господь может обратить любого человека, в любой ситуации, в разных местах. Я даю им Библию, потому что он бахвалится, что будет из неё самокрутки крутить. А если так случится, что он откроет и прочтёт —  Господь уловит его». Уловит его тайным уловом. Потому что Бог ловит людей хитрой сетью своего Божественного Промысла. Представляете, это кошмарная история, это жёсткая история. Это история, говорящая, насколько плох человек и на сколько мудр Господь. Не хотящий погибели человеческой, но хотящий, чтобы все спаслись и живы были, и в разум Истины пришли. Таким образом, дорогие христиане, убегая от всех этих кошмаров, от всех издевательств над Божьим словом, от всех этих удалений святых книг от наших глаз, давайте оценим  свою сегодняшнюю жизнь как благоприятную, тихую и мирную. Когда всё есть: хлеб в хлебнице, молоко в холодильнике, и хватает, слава Богу, денег на хлеб и молоко.  И есть Библия на столе или на прикроватной тумбочке, или на полке книжной, и открытый храм, и ходят ноги, и смотрят глаза, и слышат уши, и бьётся сердце, и всё вроде хорошо. Нужно оценить это благое время и взяться за труд своего спасения, за труд Богоугождения. Читать, думать, размышлять, молиться, петь, хвалить, благодарить, просить за других, а только в конце просить за себя. Прошения и просьбы полагать в конце молитвы, а в начале  —  благодарение, хвалу, покаяние, и просить сперва за других, потом  за себя. Это очень правильный образ жизни, образ мышления. Всем этим нужно заниматься, и я зову вас к этому сегодня, в день памяти апостола Матфея, который восемь лет спустя после воскресения из мёртвых Господа Иисуса, написал для евреев своё Святое Евангелие, пересыпанное сплошь и рядом цитатами из Священного Писания и Ветхого Завета. Чтобы евреи видели, что сей Иисус есть Христос, Сын Божий. И чтобы верующие жизнь имели во Имя Его. Вслед за этим оно было переведено на греческий язык. И сегодня мы уже читаем его по-русски, по-славянски, и наслаждаемся словами Божественного Откровения. Евангельского Божественного Откровения.

Я теперь буду ждать ваши звонки, а прежде помянём наших благодетелей и усопших христиан.

— Oтец Андрей, ваше отношение к серии книг «Библейский комментарий отцов Церкви и других авторов I-VIII веков». Редактор Джеральд Брей.

-Мне нравится эта литература. Есть у меня несколько томов этого издания. По-моему, я читал толкования на соборные послания апостольские и на часть послания апостола Павла.

Должен сказать, что проделана хорошая работа, очень хорошие вступительные статьи. И очень качественный подбор толковательных цитат из различных отцов. Из всем известных отцов —  Григорий Назианзин, Василий Великий, Блаженный Августин, Иоанн Златоуст, Исидор Пелусиот, есть некоторые западные отцы, которых мы не знаем, или знаем хуже, знаем плохо. Но в целом очень хорошая книга, добротно, с любовью сделанная литература. Текст Нового Завета разбит по стихам или по главам, или по смысловым абзацам и толкуется святыми отцами первых восьми веков. Это очень важно: первых восьми веков. Т.е. до всяких разделений. До разделения Церкви Христовой на христиан Запада и христиан Востока, до так называемой великой схизмы.

Я в целом позитивно оцениваю эту литературу. Мне кажется, она полезна, она несет в себе такую любовную лёгкость. Всё, что сделано с любовью, легко потребляется. И вместе с тем такой фундаментальный подход. Хорошая литература. Вообще, знаний нужно больше, знаний бояться нельзя, нужно знания любить, нужно иметь некую Божественную жадность к знаниям, стремиться к ним. Потому что, у пророка Осии говорится: отвержен будет народ Мой за недостаток ведения. Помните, есть такое дарование Божие «Ведение». Есть знание, а есть ведение. Знание касается вещей более-менее приземлённых, бытовых. А ведение  — это тоже знание, только знание вещей духовных, которые неосязаемы. Это некий духовный опыт. И говорится: «исправьте разум в ведении». И за недостаток ведения, говорит Господь через Осию, отвержен будет народ Мой. За то, что ты отверг ведение, Я отвергну тебя от священнодействия. Это значит, что люди должны знать Бога, должны думать о Нём, должны постигать Его, должны работать Ему и наполняться Его Благодатью. Это очень важный труд. Нужно чтобы в каждом народе, в каждом городе, в каждом может быть даже, дай Бог, и в селе был какой-то человек, который разгибая книгу, зажигая свечу, водружая очки на нос, склонялся бы над Божественными Словами и с любовью разбирался в них, находя в этом радость для своего сердца. Это очень важно. Если есть такие люди —  народ жив. Если же люди погружаются в мрак невежества и становятся безразличными, не ищут знания, то можно смело сказать, что наступают времена тяжкие. Люди, как Павел перечисляет длинный перечень характеристик, касающихся нечестивых людей последнего времени: «Знай же, — Тимофею пишет, — что в последние времена наступят времена тяжкие, ибо люди будут…» И дальше длинный перечень, какими они будут: скверные, непослушные, ропотники, нелюбители добра, родителям непослушные, «имеющие вид благочестия, силы же Его отрекшиеся». Т.е. не любящие знания, не стремящиеся узнавать лучшее. Чтобы нам от этого уйти, избежать этого, потому что это тяжкий недуг, необходимо стремиться к Знанию. Читать, думать, делиться, обговаривать. Блажен человек, который имеет у себя друзей и знакомых, с которыми можно говорить о Писании. Найти собеседника для себя —  это не так уж часто бывает. Их не хватает, собеседников. Чтобы человек знал, что сказать, и мог тебя обогатить своим словом. Желаю вам всем иметь одного-двух людей, с которыми вы могли бы говорить о Божественных, святых вещах, это очень драгоценно.

— У меня вопрос по Евангелию от Луки. Когда дьявол говорит Христу, что если ты сын Божий, бросься отсюда вниз. Мне интересно, знал ли он, что Иисус Христос —  Сын Божий? Было ли такое знание у дьявола? И знает ли дьявол мысли человека? Когда мы исповедуемся, есть такое поверье, что не надо никому рассказывать, чтобы не узнал дьявол. Слышит ли он исповедь, знает ли наши мысли?

— Да. Хорошо. Спасибо за вопрос. Давайте подумаем. Медленно начнём распутывать ваш клубочек.

Господь Иисус Христос воплотился и вочеловечился, и был во всём такой, как мы. Как прекрасно об этом говорится в  таких поэтических строчках:

 

            Он отказался без противоборства,

            Как от вещей, полученных взаймы.

            От всемогущества и чудотворства.

            И был теперь как слабые, как мы.

 

Т.е. дьявол не видел во Христе ничего такого, что открыло бы ему во Христе  — Господа. Он бы не дерзнул, я думаю, подбить людей на Богоубийство, если бы он знал, Кто такой Христос. Он думал о Христе гораздо проще. Христос уловил его. Христос называется Всехитрецом в Октоихе. И он как хитрец уловил обманщика, обманул обманщика: «Обаваемь обавается от премудра». Христос постился сорок дней в пустыне, не превысив меру поста Моисея — сорок дней не пил и не ел Моисей, когда говорил  с Богом на горе, и сорок дней не пил и   не ел Христос в пустыне, напоследок взалкал. В посте он не превысил меру Моисея. И когда воскрешал мёртвых, Он совершал нечто подобное тому, что делали Илия и Елисей. И все чудотворения, очищения прокаженных встречались в Ветхом Завете. Т.е. дьявол находился наверняка в некоем смущении. Он был очень заинтересован во всём происходящем. Он знал, что его гонит от себя Сила Христова, он чувствовал Силу, исходящую от Господа Иисуса. Наверняка понимал, что нет    никакой части у него в Нем, во Христе. У него нет никакой зацепки, он никакого помысла не мог Ему забросить. Но полного знания о Христе как о Божием Сыне он, конечно, не имел. Он бы не дерзнул убивать своего Господа, своего Владыку, своего Царя. Он бы не дерзнул так сильно оскорблять Величество Божие таким жутким преступлением. Он был пойман в эту сеть, расставленную Премудрым и Всемогущим Господом. Как Златоуст говорит: «Ад, встретив Тебя, долу ужаснулся и разрушился». Потому что он схватил плоть, а принял Бога. Схватил Землю, а принял Небо. Проглотил человека, а разодралось чрево адово оттого, что Бог сошёл в это адское чрево. Поэтому Господь обманул лукавого, и лукавый был посрамлён в своей хитрости. Потому что он был уверен, что он самый хитрый, а оказывается — нет. Поэтому я думаю, эта мысль встречается у очень многих церковных писателей,  которые говорят, что он не знал. И у апостола Павла говорится в Послании, что если бы знали бесы, то не распяли бы Господа славы. Господь утаился от них. Если бы они знали, что он Господь… То, что они вопили: «Знаем тебя, кто Ты Святый Божий», то нужно понимать, что они имели в  виду под «Святый Божий» или «Сын Божий». Они не имели в виду то, что мы сейчас вкладываем в эти слова.  Подлинный смысл этих слов, что действительно Господь единосущный Отцу, Им же вся быша-  это всё было выше ума для них. Только после излияния Духа Святого на апостолов люди стали понимать великие догматы этого предвечного Слова, сосуществования Слова Божиего с Отцом прежде всех век. А дьяволу, лишённому Духа Святого, эти вещи запредельно высоки, он так высоко не думает, он ползает в прахе. Ну, а что касается наших мыслей на исповеди, то можно с изрядной долей уверенности считать, что это заповедная область для него. Он не проникает туда, где есть покаяние и молитва, он не знает, о чём мы думаем. Он психолог и наблюдатель, он некий Шерлок Холмс, знаток сердец человеческих по внешним проявлениям. Он знает нас по      тому, что мы делаем и что говорим. Заключает безошибочно, умозаключает, что живёт в    нашем сердце. К тому же он не вездесущ и он не может слышать всё, что говорите сегодня вы, или он, или она, миллионы людей, говорящих на разных языках в разных местах. Они не являются объектом дьявольского наблюдения, потому что дьявол ограничен временем и местом. Он всего лишь падший дух, а не Господь Всемогущий. Он не может слушать всех. Его рабы разлетелись по миру, его слуги служат ему и подслушивают, смотрят за человеком. А сам он один, больше, чем может, не сделает. Он всего лишь один из падших ангелов. Вот поэтому не нужно ему приписывать высокие мысли, у него их нет. И нужно чтить Господа и не возвеличивать дьявола, приписывая ему ложное всезнайство. Не знает он ничего, кроме того, что может знать ангел. Т.е. тайну сердца знают только Бог и Богородица. А кроме них — никто. Кроме Господа и Богоматери больше никто. И, конечно же, покаяние — это заповедная область очищения душ. Туда лукавый не проникает.

     — Батюшка, раба Божия Елена, Нью-Йорк, Бруклин. У меня три вопроса. Первый. Вот, псалом пятидесятый: «Ублажи, Господи, благоволением Твоим Сиона, и да созиждутся  стены Иерусалимския». Если можно, объясните. Второй вопрос. Как удостоиться знать волю Божию, как молиться и что при этом делать. Ведь Господь не будет говорить как с Авраамом. И третий вопрос у меня серьёзный. Поэтому я не хотела бы задать вам его в прямом эфире…

— Что касается стен Иерусалимских. Эти слова о Иерусалимских стенах позволяют некоторым рационалистам говорить о том, что псалом был написан позже. Уже после захвата вавилонянами Иерусалима и разрушения Иерусалимских стен. Потому что при Давиде стены не разрушались. Но поскольку мы веруем, что это Давид покаянный плач свой оставил нам в виде пятидесятого псалма, то в словах о стенах Иерусалимских мы узнаём пророчество, поскольку Давид был пророк. Он мог говорить о Небесном Иерусалиме, о Матери всех нас. Земной Иерусалим- это всего лишь некая земная тень этого города золотого, этой небесной скинии. А стены Небесного Иерусалима созидаются постоянно. Созидаются из людей. Как пишет Пётр, что вы как живые камни, устрояйте жилище Божие духом. Стены Небесного Иерусалима — это люди. Основание Иерусалима Небесного — это апостолы. И вот пророк Давид, будучи в пророческом духе, мог созерцать этот некий небесный город, который строит Господь. Архитектором которого является Бог. «И да созиждутся  стены Иерусалимския» — это означает, что «да устроится Твой промысел о жизни людей с Тобою». Что покаянием —  псалом ведь покаянный —  мы должны войти в общение с Богом, примириться с Ним. «От лица Божия просим, примиритесь с Богом». И войти в небесный оный покой, и там жить с Господом. Это и есть вхождение людей покаянием в число спасённых, это есть созидание Небесного Иерусалима. Все те, кто каются и примиряются с Господом, это люди, которые входят в число строителей Небесного Иерусалима, и из них строится это жилище Божие. Мы можем смело принимать эти слова в пророческом духе как о будущем. Не о том Иерусалиме, в котором жил сам Давид, а Иерусалиме грядущем. Городе, сходящем с неба, как невеста, украшенная для мужа своего.

Что касается воли Божией, то конечно нужно иметь открытое ухо и открытое око. Нужно напрягаться, выпрашивать у Господа словами 142-го псалма. Псалом 142-ой, последний псалом шестопсалмия: «Скажи мне, Господи, путь, воньже пойду, яко к Тебе взях душу мою». Вообще, весь 142-ой псалом —  это псалом, который вымаливает у            Господа утешение в скорбях и откровение воли Божией. Но и Великий псалом, псалом 118-ый, это чудная песня о том, как нужно творить волю Божию. «Научи меня оправданиям Твоим», «научи меня заповедям Твоим», «светильник ногам моим Закон Твой, и свет стезям моим». Вот, вы читаете 118-ый псалом, из сердца часто вздыхаете к  Богу — «Господи, открой путь мой пред Тобою», «Скажи мне, Господи, путь, воньже пойду, яко к Тебе взях душу мою». Т.е. к Тебе мои стопы направляю, скажи, куда идти. Сердечная молитва и внимание к окружающим обстоятельствам, думаю, укажут вам, куда ставить ногу для следующего шага.

Христос да помилует всех православных христиан Бруклина, Бронкса, Лонг-Айленда, града Нью-Йорка, а также всех остальных весей по миру, где живут православные христиане на всех континентах, ибо они живут везде.

Ещё раз о Воле Божией. По словам Варсонофия Великого, воля Божия часто открывается через внешние обстоятельства. Если человек внимателен, он присматривается к окружающему его миру, он видит, что нет ведь случайных знакомств, случайных встреч, случайных мыслей. Через все такие вещи Господь потихонечку, аккуратно, как отец сыну, как педагог великий, терпеливый, даёт нам знаки. Знаки, чего ждать, к чему готовиться, что делать. Он вообще хороший, Господь, очень хороший. Он всё так медленно, тихонечко делает, не спеша, продвигает человека к правильным решениям. Будьте внимательны и молитесь из сердца, словами 142-го псалма.

—  Батюшка, есть такая книга «Каббала — заговор против Бога». И там такая выписочка есть: «Не должен находиться у тебя проводящий сына своего или дочь свою чрез огонь, прорицатель, гадатель, ворожея, чародей, обаятель, вызывающий духов, волшебник и вопрошающий мертвых; ибо мерзок пред Господом всякий, делающий это, и за сии-то мерзости Господь Бог твой изгоняет их от лица твоего». И дальше указывается, что  за демонологию наказывались не только языческие народы, но и сыны избранного народа, потомки возлюбленных Богом Авраама, Исаака, Иакова. Таков пример Саула. Человек знатный, избранный Богом, помазанный Им на царство, он, однако, был не только отвержен Богом, но и умервщлён  за то, что нарушил запрет Божий. Пример Саула повторил в 1905-ом году Николай Второй, желая знать будущее России. Встречался с известным оккультистом Папюсом, который специально для царя вызывал дух Александра Третьего. Как это всё понимать?

— Как это всё понимать… Я понял вас.   Николай Александрович находился в состоянии постоянного ожидания катастрофы. Он знал, что он умрёт жертвенной смертью. Ему было многими предсказано. Жить, зная своё будущее — ужасно. Хорошо, что мы награждены неведением. Господу Богу угодно, чтобы мы не знали своего будущего. Потому что невыносимо человеку жить, зная это всё, вся жизнь будет отравлена. Вот эта скорбь отравленной жизни, это была его специфическая скорбь. Государя Императора, его семьи. Потому что они знали, что их ждёт. В этой ситуации чрезмерной скорби, отравленности ожиданием будущего, они могли смалодушествовать, почему бы нет? Думаю, мы далеки от мысли, что Государь Император был совершенен во всём. Что он был лишён человеческих слабостей, малодушия, боязни. Иоанн Васильевич, Грозный, он же Иоанн Четвёртый, тоже под конец жизни полистывал всякие гадательные книжки. Всё хотел узнать, что там будет, как будет. Это некий соблазн для человека. Реальный соблазн, которому может поддаться человек во время уныния, страха, когда душа не на месте, когда его терзают какие-то угрызения совести, сомнения. Поэтому согрешающий праведник —  это не удивительно. Мы говорим про Давида —  вспоминаем блуд. Говорим про Петра —  вспоминаем отречение. Говорим про Ноя —  вспоминаем пьянство и то, что он спал с дочерьми. Говорим про Авраама —  вспоминаем трусость, когда он свою жену попросил назваться сестрой, чтобы его не убили в Египте из-за неё. Т.е. то, что праведники малодушествуют или поскальзываются, в этом нет ничего удивительного. Это нужно принимать как есть, потому что человек слаб. И даже очень хороший человек может быть слаб, и очень святой человек тоже может поскальзываться. Эту информацию я слышу впервые. Если она достоверна,  то она меня не колеблет в уважении к личности покойного Государя Императора. И не колеблет мою веру в то, что он страстотерпец. Что он смыл своей кровью свои личные грехи и, выпив чашу смертную, вошёл в райский покой во Христе Иисусе. А то, что слабости эти бывают — это лишний повод попечалиться о том, что даже самые великие люди, самые хорошие поскальзываются, падают, потом поднимаются, идут дальше.

Спасибо за звонок. Лишний раз напомним себе, и всем нашим братьям и сёстрам, что категорически нельзя ходить к гадалкам, ворожеям, обаятелям, вызывателям мёртвых, проводящим через огонь, всяким шаманам и «прозорливцам», и пр. Т.е. нельзя искать чёрный ход, чтобы добраться до тайн Божиих. Это грешно, эти вещи наказуемы. И даже если кто-то хороший ходил туда, это не пример. Это антипример для подражания.

Сейчас на Украине рушат храмы. Скажите, пожалуйста, будет ли у нас, у России какой-то ответный шаг для укрепления мира, чтобы не разносилась эта война? Укрепление Православной Церкви, помощь в восстановлении разрушенных храмов. И второй вопрос. Вы говорили, что у людей будет необыкновенная жажда Слова Божия. Есть такая поговорка: «Что имеем- не храним, потерявши- плачем». Сейчас у нас лидер православный, а нам мало, нам надо, чтоб он был царь. А зачем? Если он лидер православный и лидер нашего народа, зачем делать его царём? У нас уже восстановлены храмы, служи, рассказывай Слово Божие —  нет, нам надо строить, строить. Я знаю много батюшек, которые именно сейчас строят, у них нет времени, чтобы нести Слово Божие. Если вы поняли, мою заботу, дайте слово утешения. Спасибо.

— Понимаете,  лишь бы были люди верующие. Храмы построятся. Люди верующие не будут без храма. Когда у них есть необходимость, жажда собираться на молитву, жажда причаститься Святых Тайн, они будут сначала скромно собираться где-нибудь в подвалах, на чердаках, в частных домах. Постепенно будут обустраиваться, собирать по кирпичику, по копеечке, будут строить. Поэтому все эти разрушенные храмы —  очевидно, вы имеете в виду страдающий юго-восток, Новороссию —  они будут всё это строить, лишь бы вера была в людях. Потому что верующий человек, он построит церковь, потихоньку-помаленьку. Конечно, надо будет помогать. Но ведь и в России то же самое. Вы только представьте себе, если все крещёные люди начнут ходить в церковь, а мы должны стремиться к тому, чтобы все крещёные люди посещали храм, участвовали в Богослужении, то нам придётся не то, что удвоить —  утроить и учетверить количество наших храмов. Потому что любой многоэтажный дом —  это как целое село. Вот, есть село, двести дворов, в селе церковь. Есть село, в селе сто дворов, и церковь. Так вот один многоэтажный дом — это триста, четыреста, пятьсот семей. Это же огромное село. Десяти —  или двадцатиэтажное село. Должна быть у подъезда церковь. По идее. Если по-правильному. Потому что подавляющее число людей — крещёные. Храмов у нас мало. Мало духовенства и мало храмов. Много ещё таких работ, отраслей деятельности, которые требуют ещё сил, сил и усилий. Поэтому не стоит сомневаться в том, что всё это нужно делать. И там нужно строить, и здесь нужно строить. И когда у людей будет вера, они будут всё строить. Даже нет никакого сомнения. Но, конечно же, за этими стройками нужно не упустить главного. Если священник только строит, и у него в голове цемент, раствор, песок, лопаты, зарплата для рабочих, где накормить, что достать —  он забывает лишний раз службу отслужить, нет времени и сил. Конечно, это плохо. Всё-таки главное дело у нас другое. Мы не прорабы, не снабженцы, не архитекторы, не бригадиры. Мы —  священники… Закона Божия взыщут от уст его. Священник  — это ангел Господа Саваофа. Уста священника сохранят Закон, и Закона взыщут от уст его, пишет пророк Малахия. Поэтому надо стремиться к тому, чтобы быть священником, главным образом —  в деле священнодействия, созидания Церкви Божией. Нужно, конечно, и строить, и украшать, но это уже второе дело, а не первое. Первое — это учить. Учительство — это первое занятие священника. Давайте помолимся, чтобы так было, и так было везде. Будем просить доброго Бога, чтобы так было везде, потому что люди нуждаются в духовной пище. Её нужно давать, иначе они погибают.

Батюшка, это Филипп из Дании. У меня к вам вопрос и просьба. Будете ли вы сотрудничать с украинским журналом? И если у вас сейчас времени нет, можете ли вы ответить мне? Я молодой, недавно в церкви, я хочу и люблю причащаться, в церковь еду за много километров. Жду, чтобы литургия быстрее закончилась, чтобы поскорее причаститься. Она у нас нечасто, где-то раз в два месяца. Получается, что батюшка и утреню, и вечерню вместе…

Я понимаю. Что вам посоветую… Вы найдите такие информационные ресурсы во всемирной сети, которые позволяют вам выучить службу, чтобы вы её понимали. Потому что когда она понятна и знакома, она пролетает как скорый поезд. Когда она заканчивается, думаешь: Боже, как быстро пролетело всё, как жалко. Но если слушать вместе и утреню, и литургию, то вы может быть, устаёте? Это с непривычки. Но вы поищите именно разъяснительные ресурсы касательно смысла Богослужения, чинопоследования, что за чем идёт. Потом накачайте себе, в машине едете, например, песнопения различных монастырских хоров. «Херувимскую», антифоны, «Благослови, душе моя, Господа», «Хвали, душе моя, Господа». Постепенно чтобы оно всё впиталось у вас, чтобы вы знали хорошо, это будет ваша молитва за рулём. За рулём тоже можно молиться. Познакомитесь с Псалтирью, с Евангелием. Можно, чтобы чтение Евангелия звучало в машине. Это будет вас всё образовывать постепенно. Месяц за месяцем, год за годом вам будет всё легче и легче на службе стоять. И ноги уставать не будут, и мысли не будут разбегаться, и спину ломить не будет. И служба будет вам такая сладкая, что вы скажете, Господи, как жалко, что она так быстро закончилась! Я вам этого желаю. И, конечно, причащайтесь со страхом Божиим, с Верою и Любовью. Принимайте бессмертный хлеб, сошедший с Небес, и живите вечно. Христос да поможет вам и всем вашим прихожанам в далёкой Дании. Там, где жил когда-то Гамлет, принц датский, описанный Шекспиром. Вот видите, и там православные христиане живут. Мир вам, ближним и дальним.

FavoriteLoadingДобавить в избранные публикации